Архив
18 апреля 2008 в 15:45

А коррупция – это что?

- Надоело читать в газете «Егоршинские вести» о том, что в Пенсионном фонде одни коррупционеры работают, - так начался разговор с начальником управления Пенсионного фонда в г. Артёмовском М.В. Пономарёвым. Возмущение Михаила Васильевича понятно. Редактор газеты «Егоршинские вести», однажды приклеив ему ярлык коррупционера, продолжает из номера в номер с маниакальной настойчивостью обвинять М.В. Пономарёва, весь Пенсионный фонд в целом и Артёмовское отделение в частности в коррупции. Причём вспышки ненависти к коррупционерам, как правило, случаются после заседаний в Думе, где при обсуждении различных вопросов редактор-депутат и начальник управления находятся чаще всего по разные стороны баррикады… Слово М.В. Пономарёву.

Оставьте в покое мой коллектив!

— Я понимаю, что тут имеет место политическая подоплёка, господин Шарафиев просто таким способом пытается очернить политического оппонента, но коллектив-то мой тут при чём? Зачем огульно обвинять, несправедливо мазать его чёрной краской?

Получается, что у нас, в Пенсионном фонде, сидит 48 коррупционеров, которые деньги никому не платят, а только и знают, что детей и стариков обижать.

На самом деле, это в корне неверно. И я не дам в обиду тех людей, с которыми работаю. У нас замечательные, опытные, грамотные работники. Некоторые из них уже по 20 лет отработали на своих местах. Теперь передают свои знания молодёжи. Учатся, повышают уровень знаний, очень хорошо относятся к посетителям – как к родственникам, как к близким людям. Я бы мог перечислить всех, кто у нас хорошо работает, но это будет внушительный список, потому что хорошо работают все.

Реклама

У нас замечательный коллектив, который много делает для того, чтобы пенсионеров Артёмовского городского округа принимали в комфортных условиях, чтобы их обслуживали быстро и качественно. Мы создали с этой целью клиентскую службу, перешли на ежедневный приём населения. Ежемесячно выезжаем в дальние сёла, и теперь людям не нужно ездить из Красногвардейского, Лебёдкино в город, чтобы решить какие-то проблемы. Мы решаем их там, прямо на местах. Это и удобнее, и выгоднее пенсионерам.

Как правило, все документы, постановления приходят в последний момент. И тогда мы остаёмся после работы, трудимся, делаем перерасчёты, чтобы люди спокойно, вовремя получили свои деньги.

Сегодня идёт большая работа, связанная с реализацией одного из постановлений Конституционного суда. Государство взяло на себя обязанность возместить за нерадивых работодателей страховые взносы, которые они не уплатили. С 1 мая мы сделаем все перерасчёты, и всё, что положено, вернём.

За здание – спасибо Манякину

— Теперь о помещении Пенсионного фонда, которое мы приобрели в 2001 году. Господин Шарафиев всё время намекает на то, что мы приобрели его не совсем законно. Но это не так. А вот Ю.Н. Манякина нужно «поблагодарить» за то, что город потерял часть здания. Благодаря его безграмотным действиям муниципалитет в 2001 году потерял миллионы бюджетных денег, которые Пенсионный фонд был готов заплатить за помещение. Ситуация была такая.

В 2001 году, когда возник вопрос о приобретении нового помещения, нами рассматривалось три варианта. Первый — детский садик №32, принадлежащий машзаводу, второй – корпус детского сада №20 (ЕРЗ), третий – недостроенное здание казначейства возле типографии. Машзавод продавать здание не хотел. Руководство Егоршинского радиозавода сказало, что здание детского сада №20 уже передано в муниципалитет. Я пошел к Юрию Николаевичу Манякину, который тогда был главой муниципального образования. Но он отказался продавать корпус, сказал: «Мы здесь будем делать институты. Ничего не отдам». И у нас остался только третий вариант — строительство нового здания. Москва дала добро на это строительство. Мы уже начали оформлять документы с казначейством, уже получили проектно-сметную документацию, добро Мингосимущества. Но как раз в этот момент на ЕРЗ пришли новые собственники, они обнаружили, что здание не передано, Юрий Николаевич передачу здания в муниципальную собственность должным образом не оформил. А раз так, то собственники сказали: «Почему мы должны отдавать помещение бесплатно?» И нам Москва дала добро на покупку одного корпуса садика. Естественно, эти деньги получили новые собственники ЕРЗ. А за два других корпуса, которые муниципалитет решил передать лицею, Ю.Н. Манякин простил заводу долги по налогам. То есть, если бы Юрий Николаевич в своё время принял имущество по всем правилам, грамотно распорядился им, город получил бы бесплатно все три корпуса и налоги от ЕРЗ, а Пенсионный фонд построил бы ещё одно красивое здание в Артёмовском. Остаточная балансовая стоимость детского сада тогда, в 2001 году, была около 6-7 миллионов.

Вот подлинная история появления Пенсионного фонда в этом здании. Людям приходить сюда удобно, ремонт мы провели, конечно, не супер, денег было ограниченное количество, в период работы смета была урезана. Но всё необходимое есть – нормальные кабинеты, зал, в зале – телевизор. Когда много посетителей, мы им включаем видео — старые советские фильмы.

Давайте думать о людях

— У нас хороший коллектив. Из 56 управлений мы в первой десятке по показателям. Администрация АГО, конечно, наших успехов не замечает. И заметит ли – непонятно. Вообще такое впечатление, что о существовании нашей структуры там, в администрации, никто не знает. Год работает новый глава, а здесь, в Пенсионном фонде, зам по соцвопросам ещё ни разу не была. Не посмотрела, как живёт коллектив, чем занимается, какие задачи выполняет. Мало того, меня до сих пор в письмах из администрации директором называют, хотя я – начальник управления, путают две структуры – управление соцзащиты и Пенсионный фонд, хотя задачи у этих структур абсолютно разные.

Больше, чем в Артёмовском, пособий на иждивение не получает никто в области. Но раньше нам удавалось договариваться с администрацией о том, чтобы не гонять пенсионеров, имеющих право на субсидии, по организациям. Справки по спискам администрации делал Пенсионный фонд, и мы привозили их в отдел субсидий. Но вот уже год пенсионерам приходится ходить туда-сюда, потому что администрация не желает заключать с нами договор об обмене информацией.

Но я за то, чтобы делать шаги навстречу, искать контакты для решения проблем. Иначе, сводя без конца какие-то политические счёты, мы далеко можем зайти. Надо помнить, что цель-то у нас одна — мы, чиновники, должны работать для людей, максимально улучшать и облегчать им жизнь.

***

Ну уже в самом деле, пусть хоть соратники, хоть тот же Ю.Н. Манякин объяснят наконец г-ну Шарафиеву, что такое коррупция. Он, похоже, просто значения слова не понимает. Возможно, именно потому заявления его относительно этого явления весьма противоречивы. С одной стороны заявляет, что с приходом Ю.Н. Манякина во власть с коррупцией покончено, с другой без конца находит коррупцию именно в нашем городе. Не странно ли: её как бы нет, но она как бы есть…

Так вот, в соответствии с юридическим словарём КОРРУПЦИЯ (от лат. corruptio — разложение, подкуп) — это «общественно опасное явление в сфере политики или гос. управления, выражающееся в умышленном использовании лицами, осуществляющими функции представителей власти, а также находящимися на государственной службе, своего служебного положения для противоправного получения имущественных и неимущественных благ и преимуществ в любой форме, а равно выражающееся в подкупе этих лиц».

Реклама

Таким образом, коррупция – это не то, в чём обвиняет г-н Шарафиев местное отделение Пенсионного фонда. Даже если бы они улучшали исключительно собственные условия труда, не обращая внимания на то, в каких условиях находятся люди, приходящие на приём, и то обвинение было бы очень сомнительным, ну а при той аргументации, что приводит обозреватель Шарафиев в своих статьях, оно вообще абсурдно. Да и само здание приобретено вроде бы законным образом и отнюдь не в личное пользование.

Вот покупка господином Шарафиевым у муниципалитета гаража по бросовым ценам – это, возможно, как раз проявление коррупции. Однако, хотя все знают, какие нежные отношения связывают депутата-редактора с главой АГО, нужно ещё доказать, что имело место именно противоправное получение имущественного блага в виде гаража. Понимаете, какой момент? Даже если я не сомневаюсь в том, что это коррупция, нужно доказать. А использовать столь серьёзное обвинение просто ради того, чтобы насолить своим недругам, — глупо, по-моему.

Сильно отдаёт коррупционным душком и история с украденной машиной главы. Во-первых, конечно же, имело место использование служебного положения для получения неимущественного блага – глава, не имея никаких законных прав, почему-то в любое время брал муниципальное имущество и использовал его по своему усмотрению. Ну а то, что он, извините, «потерял» это имущество и, судя по всему, платить за «потерянную» машину не собирается – это неоправданное получение преимущества (представьте, что простой клерк таким же образом «посеял» бы автомобиль, принадлежащий муниципалитету!). То есть на Юрия-то Николаевича как раз слово «коррупционер» можно примерить.

Так что заглядывайте в словари, редактор-депутат. Хотя бы изредка. Совершите вы массу открытий…

Ирина Кожевина