Архив

Куда идут наши деньги?

Во времена развитого социализма наше государство, что ни говори, о детях заботилось: спортивные секции, кружки, Дома пионеров – чего только не было. В большинстве районных центров, не говоря об областных, наверняка имелись свои детские библиотеки, «художки» и «музыкалки», которые продолжают работать и сейчас, в нынешней России.

Всё это, безусловно, очень важно, ведь путь к пьедесталам и большим сценам, как известно, лежит через упорство и долгий труд, значит, взращивать будущих чемпионов, художников и музыкантов необходимо с юных лет.

У нас, в Артёмовском округе, для развития у детишек всевозможных дарований тоже существуют и спортшколы, и клубы, и школы искусств, которые, в общем-то, не пустуют: довольны мамы, папы и их дети. Впрочем, довольны не всегда.

Пять лет назад Светлана Александровна Ефимова в первый раз привела внука в детскую школу искусств – обучаться по классу гитары. Вспоминает своё первое впечатление: на втором этаже горело две-три лампочки, обои в классе старые, как и инструменты, потолок провис, люстра – на одном проводе, в учительской пол прогнил насквозь, а за мебель было просто стыдно.

— Однажды я подумала: куда идут наши деньги? – говорит Светлана Александровна. — Родители оплачивают обучение детей, но за пять лет ремонт не проводился ни разу. Зеркало, подставки для ног (они в школе должны быть) купили родители, краску на свои деньги – учителя. Инструменты старые, стулья – страшно садиться. Ребята переписывали ноты, полулёжа на банкетках. И школу никогда не принимали к первому сентября. Так продолжалось пять лет, и я обратилась в Думу. Я попросила узнать, куда уходят деньги, которые я как бабушка плачу за своего внука. Почему школа не готовится к новому учебному году? Почему её не красят? Почему не соблюдается противопожарная безопасность? Мне пришёл сначала один ответ, в котором говорилось, что «…по приказу начальника Управления культуры от 24.04.2009 №22-о назначена комиссия по проведению проверки хозяйственно-финансовой деятельности МОУ ДОД «Детская школа искусств №1» (директор Рукомойкин В.Г.)». Затем второй, где было сказано, что комиссией «нарушений действующего законодательства не выявлено».

— Мне сообщили, что деньги ушли на ремонт того, другого, третьего, а школа великолепная, нарушений никаких нет, — продолжает Светлана Александровна. – Я, конечно, пыталась поговорить и с Рукомойкиным, но это неуловимый человек. Придёшь в девять утра – его нет, в десять – нет: ещё не пришёл, скоро будет, уже уехал и т.д. Если бы я была директором, и меня обвинили в таких вещах, я бы обязательно пригласила этого человека, мы бы обсудили. Но меня не позвал никто.

Тогда я собрала всех родителей: «Давайте писать».

Общешкольное собрание, по словам С.А. Ефимовой, за шесть лет было только одно – в начале января 2008 года. Речь на нём шла о перечислении денег (оплате учёбы детей), о том, что целевой взнос, который раньше родители вносили на счёт ДШИ, с 2008 года стал называться иначе — благотворительным.

— Вообще есть постановление, что дети в музыкальной школе должны учиться бесплатно, — говорит моя собеседница. – Но это другая тема для разговора. Тогда у меня была только одна цель — отремонтировать класс и обезопасить детей, в первую очередь – своего внука.

И дело сдвинулось: в этом году, наконец, выделили деньги на ремонт класса, поставили парты, сделали какое-то освещение. Но оставалось самое главное — угроза безопасности…

В протоколе родительского собрания (оно состоялось 4.04.09) есть пункт №2.

«Мы обеспокоены пожарной безопасностью школы, потому что наш класс находится на втором этаже. Здание старое, деревянное и, случись пожар, со второго этажа эвакуировать детей невозможно. Нет эвакуационной лестницы.

Требуем проработать вопрос о пристрое запасного (эвакуационного) выхода – лестницы».

К началу нового учебного года С.А. Ефимова сходила к начальнику пожарной части и попросила: «Пожалуйста, примите музыкальную школу к 1 сентября. Если нельзя принять – закройте». Затем изложила это в заявлении в пожарную часть, поставив в известность управление культуры.

— Там мне сказали, что в 2012 году музыкальную школу собираются закрывать на капитальный ремонт. Но до этого надо жить целых три года! – возмущённо говорит Светлана Александровна. – В школе даже противопожарное обучение не проводится! А ещё есть закон, по которому школы должны быть ограждены. А управление культуры, куда относится детская музыкальная школа, этим и не занимается.

И что это за директор?! Ремонт начала я, также добилась, чтобы на улице Ленина сделали пешеходный переход, по которому дети ходят из «Энергетика» в школу и обратно. Теперь я хочу обезопасить своего внука, который занимается на втором этаже школы…

Не полагаясь на местных чиновников, С.А. Ефимова решила напрямую обратиться в Главное управление МЧС России по Свердловской области. И получила ответ.

«В ходе мероприятия по контролю выявлено 14 нарушений требований пожарной безопасности. Директор МОУ ДОД АГО «Артёмовская детская школа искусств №1» Рукомойкин В.Г. за нарушение требований пожарной безопасности привлечён к административной ответственности. По результатам проверки выдано предписание по устранению нарушений требований пожарной безопасности».

«Можно покрыть здание золотом…»

Мы решили дать возможность высказаться другой стороне, пусть и пассивно, но всё же участвующей в этом конфликте. Ситуацию комментирует директор детской музыкальной школы №1 Валерий Геннадьевич Рукомойкин:

— Мне, конечно, непонятна логика С.А. Ефимовой. Пять лет ребёнок учился, мучился, как она считает, и только теперь вдруг она решила написать. Со своей стороны могу сказать, что ни одного обращения ко мне не было. Все, кто меня хотели найти, находили всегда. А она почему-то сначала в Думу обратилась… Но Дума не имеет права внебюджет проверять, она проверяет только, как бюджетные деньги расходуются. С.А. Ефимова — в прокуратуру. Прокуратура проверила: никаких нарушений не нашла. Она — в Роспотребнадзор. Пришёл Роспотребнадзор. Тоже безрезультатно.

Тем не менее я готов ответить на все вопросы.

Такого, чтобы у нас горели 2-3 лампочки, я полагаю, никогда не было. Не помню, чтобы у нас краски учителя на свои деньги покупали. Выбирают – это да, сами. Мебель, конечно, не каждый год меняем, но ежегодно школу специалисты санэпиднадзора принимают, они следят за теми условиями, в которых наши дети занимаются. К тому же лицензирование мы прошли – а это значит, что нас очень тщательно проверили.

Теперь о ремонте. В прошлом году Министерство выделило нам средства на ремонт. И мы сделали крышу новую, систему отопления поменяли в нашем старом здании. Конечно, если бы не было второго здания, первое можно было покрыть сусальным золотом. Но пять лет назад нашей школе передали ещё одно здание – бывший клуб Артёма. С одной стороны, нас, конечно, облагодетельствовали, так как в одном помещении мы уже просто задыхались. Школа большая, у нас одних учителей почти 50 человек. А с другой стороны, вы знаете, какое имущество нам передали в наследство? Два колченогих стула и занавес. Всё, больше ничего. Знаете, сколько на это здание денег ушло? Нам же ни копейки муниципальное образование не дало. Но мы здесь и ремонт провели, и мебель купили, и аппаратуру.

Школа оснащена – дай бог каждому. У нас по параметрам, по техническому оснащению школа все требования к высшей категории превышает раза в два по баллам. Пожалуйста, пусть С.А. Ефимова, если её делегируют родители, придёт, посмотрит. Зеркала у нас стоят бельгийские, музыкальные инструменты хорошие. В течение этих лет мы тысяч 700 только на аппаратуру потратили: мы свою студию звукозаписи, профессиональные инструменты приобрели. А костюмов сколько сшили! На последнем конкурсе ребята выглядели великолепно. Сколько концертных баянов закуплено, концертные домры, балалайки. Всё это инструменты ручной работы. И это же всё деньги, хорошие деньги.

А сколько возможностей у нас открылось с покупкой компьютеров, с установкой специальных программ!

И подставки, конечно, у нас есть – семь штук лежит. И струны, и всё, что нужно для занятий. Потому что я считаю: главное — учебный процесс.

На собрании я чётко сказал, куда уходят деньги, можно проверить всё до копейки. И я намерен теперь постоянно отчитываться по поводу использования родительских средств – это, думаю, будет правильно. Но и сейчас могу сказать, что деньги не уходят на какие-то другие цели, например, на зарплату учителей. Единственное, что мы можем — поощрять из них учеников. Книжки, подарки, торты тем, кто отличился, кто славу школе принёс, – это у нас действительно принято. Мы оплачиваем поездки на конкурсы – а как же без этого двигаться вперёд? И успехи у нас очень хорошие, сейчас даже диплом 3 степени на областном конкурсе – для нас не такая уж удача…

О тех 14 нарушениях, которые нашли у нас пожарные. Они действительно есть. И одно из них в самом деле серьёзное. Нет лестницы со второго этажа. Вопрос этот решается сложно. Мы уже со всех сторон обсудили варианты, где, как её сделать. Сделаем постепенно, конечно, хотя и обойдётся она в копеечку.

Все остальные замечания незначительны и легко исправимы. Нет уголка пожарника. Нужно два человека проученных, а у нас только один человек. У второго выхода стоит ведро технички, а там всё должно быть убрано. Нет замка на чердаке. И так далее… Но главные противопожарные меры приняты – пропитка сделана.

Школу мы не сдаём к 1 сентября, потому что не положено, мы же к управлению культуры относимся, а не к управлению образования. Однако те же самые проверки, что и в обычных школах, у нас проводятся ежегодно.

И о пешеходном переходе. Наверное, С.А. Ефимова и в самом деле ходила, о чём-то просила. Я же обращался и к гаишникам, и в ЖКХ, и, как только пришёл в Думу, это было первое моё требование как депутата – сделать пешеходный переход. После этого пешеходный переход и появился. Так что С.А. Ефимова ошибается, если думает, что переход – только её заслуга.

Так что хорошо, конечно, что есть такие неравнодушные родители, но я предлагаю усилия в одну сторону направить и вместе сделать нашу школу лучше.