По православному каналу «Союз» показывали митинг в Екатеринбурге. Стало интересно: по какому поводу участвуют в нём священнослужители? Если читать лозунги и транспаранты – мало что понятно. Но молодой иерей объяснил, в чём дело. Православные христиане выступают против принятия ювенальной юстиции.
Что это такое? Если сказать просто, то – главенство прав ребёнка. В любом случае. Даже если он неправ, но настаивает. Или настаивают люди, стоящие – по закону – на защите его прав.
Чем же это плохо?
А вы вспомните телесюжет, где финскую семью разделяют только потому, что папа за что-то шлёпнул сына по попке. Родителей лишают прав на ребёнка. И вопрос о восстановлении семьи решается на уровне глав государств.
Считаете, нас это не касается? Так это у нас ещё ювенальную юстицию не утвердила Госдума. Но не сомневайтесь, в течение года примет: мы же почти европейская страна! Только перед этим недурно было бы задуматься вот о чём. У нас всю жизнь клеймили позором – раньше негласно, а сейчас почти что на официальном уровне – Павлика Морозова. Бедный мальчик всего-то подтвердил на суде вину отца, пьяницы, вора и дебошира. А после принятия ювенальной юстиции каждая семья, имеющая детей, получит официального доносчика на родителей. Ах, вы меня заставляете учиться (работать по дому или в саду, посылаете за покупками в магазин)? Так получайте жалобу.
Не верите, что будет так? Люди, у кого знакомые, родственники проживают в европейских странах, подтвердят вам это: дети жалуются в полицию на родителей по любому поводу. И те не имеют права принять против них какие-то меры.
А у нас – кто будет разбираться, если ребёнок всегда прав? Да ещё новая надзорная служба появится. Даже сейчас, когда ещё ничего этого пока нет, известны и у нас в городе случаи, когда дети, причём весьма нежного возраста, инициируют отстранение от работы неугодных учителей – за строгость, требовательность. Кто может гарантировать, что они через год не накатают заявление с обвинениями покруче, и не только на учителя, но и на собственных папу и маму?
Так что ЮЮ – это не прелестный рассказ Куприна, а законодательство, с принятием которого пострадает в первую очередь семья.