Архив
8 февраля 2012 в 10:00

Памятный камень преткновения?

В нашу редакцию обратился А.Э. Норкулов. Арсений Эркинович представляет общественную организацию «Боевое братство» и от её имени спрашивает:

— До нас дошёл слух, что Шарафиев собрался сносить камень, который заложен как памятник участникам локальных конфликтов. Можете вы это подтвердить или опровергнуть?

Речь, видимо, идёт о заседании общественного комитета по увековечению памяти основателя нашего поселения Егора Тихоновича Кожевина, состоявшемся 30 января, на котором обсуждались возможные места в городе, где бы мог в будущем стоять памятник Егорше. Имя редактора «Вестей» упоминается в вопросе потому, что, как нам стало известно, именно он предложил воздвигнуть памятник около своей редакции — как раз напротив Памятнику артёмовцам, ковавшим Победу на фронте и в тылу. Место, конечно, хорошее — заметное. Только один нюанс — на этом месте уже заложен памятный камень, вместо которого со временем должен появиться памятник участникам локальных войн и конфликтов, то есть тем молодым артёмовцам, которые погибли в Афганистане и Чечне при исполнении интернационального долга. И логика понятна: два памятника напротив друг друга — деды не жалели жизни за Родину в Великую Отечественную и их достойные внуки выполнили свой воинский долг до конца, хотя и тоже — ценой собственной жизни. Это за его воздвижение ратовал бывший председатель общественной организации «Боевое братство» Евгений Фотеев. Если бы не его преждевременная смерть, памятник, возможно, уже стоял бы на месте камня.

Реклама

Прокомментировать ситуацию вокруг памятного камня по улице Ленина мы попросили главного архитектора города Н.В. Булатову.

— По поводу установки памятника Егорше были предложены дополнительные участки, кроме тех, которые предложили мы, — рассказала Наталья Владимировна. — В том числе и это место. Протоколом было определено, что никаких движений по этому участку не будет до тех пор, пока «Боевое братство» письменно добровольно не откажется от возведения на нем своего памятника. Честно говоря, они давненько пытаются его установить, но не получается.

— А какие места еще были предложены?

— Первое — исторически обоснованное — район Красной Горки, где начинались угольные разработки. Второе мы предложили — около центра занятости, там есть небольшой скверик. И там, на мой взгляд, было бы совсем не плохо установить памятник Егорше. А это место (на Ленина — ред.), наверное, рано обсуждать, поскольку неизвестна позиция самого «Боевого братства». Их пригласят обсудить вопрос. Я, повторяю, никаких движений по этому поводу вообще делать не буду, пока не увижу от «Боевого братства» письменный отказ, потому что столько сил уже потрачено на это, ведь уже был утверждён эскиз памятника, но, к сожалению, ушёл Фотеев, который непосредственно этим занимался. Но, естественно, такая ситуация вечно продолжаться не может. Они должны себя каким-то образом позиционировать относительно этого места.

— Сколько лет здесь лежит памятный камень?

— Камень — не так давно, а начало было положено лет десять назад, когда первые обсуждения состоялись.

Воздвигнуть памятник — дело нешуточное, и хлопот, и затрат в нём достаточно. Не может, видимо, «Боевое братство» пока преодолеть эти трудности, предположили мы в разговоре с краеведом Виталием Ивановичем Горбуновым, который является председателем оргкомитета по воздвижению памятника Егорше.

— Не только не может, а не хочет, наверное. Да и почему этот памятник именно там должен быть? Ничуть не хуже в сквере по Комсомольской — там же памятник Артёму, там же пограничники, моряки, давайте в этой же аллее ещё один поставим. Но вопрос этот сырой, он не закрыт, его решение будет после 15 февраля, когда состоится разговор Елены Аркадьевны Радунцевой с «Боевым братством», а она пока не разговаривала с ними. Что касается места, где лежит памятный камень, то — да, все, кто был на оргкомитете, согласились, что место подходящее. Только памятник предполагали не вместо этого камня, а чуть подальше. Но впереди другой памятник уже не поставят, конечно.

Спорить о том, какой памятник важнее — по меньшей мере, глупо и просто недостойно такого благородного занятия, как увековечение истории. Да и что будем сопоставлять: многие жизни молодых ребят, не вернувшихся в отчий дом с самой настоящей войны, и человека, с которого, по сути, началось всё, что вокруг нас? Какой мерой мерить будем? А может, просто не надо сталкивать людей лбами? Ведь и те, и другие одно дело хотят сделать, ведь живут в одном городе — с одной историей.

Собственно, памятный камень пока не стал камнем преткновения: как нас заверили, решающее слово останется за «Боевым братством». Только, наверное, как бы ни было сложно, от слов пора переходить к делу. Пока к нему не перешли другие.

Любовь Шмурыгина