Истории

«Лес для меня дом» Директор Егоршинского лесничества — о технологиях оздоровления не только экологии, но и экономики АГО

К директору Егоршинского лесничества «ВБ!» обратилась с вопросом о новогодних ёлочках, а разговор с Андреем Сергеевичем получился… о лесе, и даже немного об экологии и экономике нашего округа. Наверное, потому, что А. С. Антонов — хороший руководитель: в деталях и теории ориентируется также хорошо, как и в стратегических и практических вопросах.

Видеть, что происходит

Чтобы принести ёлку домой, объяснил специалист, надо с паспортом и ИНН прийти на Красный Луч, 37, — с 16 декабря в лесничестве можно оформить договор купли-продажи, только в этом случае рубка деревьев и даже веток будет считаться законной. И в масштабах округа в лесу тоже всё происходит по букве закона. Судя по тому, сколько раз во время переговоров Андрей Сергеевич выезжал на места вырубок, уверенно можно сказать, что он держит руку на пульсе лесного хозяйства:

— У директора всё-таки прямых обязанностей в лесу нет, но глазами периодически надо видеть, что и как происходит. Летом на все пожары практически выезжаю, чтобы сориентироваться, требуется ли в организации какое-то усиление. В сезон выезжаю на места лесозаготовок проверить работу лесничих — сам смотрю, насколько заготовка ведётся в соответствии с правилами, своевременная ли очистка. А вообще в нашем коллективе работает 30 человек — есть главные специалисты, у каждого своё направление, очень важная роль и лесничих. Мы ведь с замом и лесничими ещё являемся государственными лесными инспекторами.

И рубят, и ухаживают

Лесозаготовками на территории Артёмовского муниципалитета в основном занимаются арендаторы, большей частью местные:

— На сегодняшний день 70-75 процентов от общей площади лесничества передано в аренду. По договору арендаторы не только занимаются вырубками, в их обязательства входит арендная плата, мероприятия по лесовосстановлению (создание лесных культур и уход за ними, содействие естественному восстановлению леса), рубка ухода (осветление, прочистки, прореживания, проходные рубки; на одном га вырубок высаживается около 4000 растений). Если они по лесному уходу объём работ выполняют, заготовку ведут без нарушений, то этот участок у них на весь срок аренды сохраняется (договоры с ними заключаются, как правило, на 49 лет). Для экономики муниципалитета сотрудничество с арендаторами, думаю, всё-таки плюс, потому что это рабочие места с хорошими зарплатами — эти деньги, как минимум, остаются здесь, тратятся на территории.

Дрова, пеллеты или мебель?

Президент поручил запретить с 2022 года вывозить из страны необработанный лес хвойных и ценных лиственных пород. Отвечая на вопрос, повлияет ли этот факт на подходы к переработке древесины на территории округа, специалист заметил, что поручение комментировать не берётся, потому что подзаконные положения на эту тему не разработаны.

— С нашей территории лес вывозится далеко не весь: часть перерабатывается на месте — на начальные пиломатериалы, брус, но не сложнее. В своё время у людей были идеи делать пеллеты (топливо из остатков), но не впечатлила себестоимость для внутреннего потребления: зачем покупать топливо в три раза дороже, если обычные дрова дешевле. А если работать на экспорт, то специфика сырья должна быть немного другой — у них больше идёт лиственная, а не хвойная пеллета. А так, где есть сбыт в больших масштабах, в области этим производством занимаются… Если говорить о глубокой переработке, то сначала нужны большие вложения, а кто готов их внести из наших хозяйственников? У области вроде бы есть крупные инвестпроекты в планах, но они конкретных сроков пока не имеют. А уж с совсем масштабными проектами я  не то что для нас, но и для области ещё не знаком.

Уральская авиабаза и сотрудники лесничества на закладке кадровой аллеи

Природа решает по-своему

Интересно было услышать комментарий директора Егоршинского лесничества по поводу летней акции 2020 года «Дубфест»: можно ли этот опыт (отчасти эксперимент) по высадке дубравы на территории нашего округа и области применить в обновлении и даже в оздоровлении уральского леса? Андрей Антонов смотрит на эту инициативу с интересом, но считает, что дубравы и некоренные породы, которые здесь сами не произрастают, выращивать, адаптировать затратно — есть очень много направлений, где средства можно потратить с большей пользой.

— Другое дело, что смешанные леса немного более устойчивы к пожарам, чем чистые сосновые. А так, в природу, на мой взгляд, залазить с тем, чтобы тут какую-то коренную смену пород произвести, смысла не вижу. И обратите внимание, как природа решает этот вопрос, у неё за сотни тысяч лет эти способы отработаны: хвойные леса идеальные для наших условий — по климату, почве, гидрологическим условиям. Сосна у нас безо всякой помощи человека занимает место под солнцем. Вспомните те же самые сельхозугодья заросшие, где мы все грибы собираем. А ещё хвойная древесина сегодня спросом пользуется, потому что минимальное начало рубок — 80-90 лет, а до этого возраста  рубка неликвидной древесины экономически нецелесообразна.

Не успели свернуть рукава

Один из эффективных способов сохранить и оздоровить лес, уверен директор лесничества, это грамотное поведение местных жителей на природе.

— Пример этого года: лесной пожар у территории бывшего БМЗ по площади был небольшой, но тушили его наши специалисты (сотрудники МЧС тоже работали) круглосуточно дней шесть, потому что там торф. А напротив пятиэтажки. Бульдозер притаскивали, он не смог полностью весь контур опахать, проливали водой, благо завод помог… Не успели мы ещё рукава свернуть, как в этом же 20 квартале с другой стороны началось новое возгорание. Но там, к счастью, торфа не было, и мы были на месте, и 54 бригада быстро подключилась. Смотрим, откуда всё началось, — видим следы кострища, тут же бутылочка.

Последствия лесного пожара возле БМЗ летом 2020 года

Больше всего директора возмущает, что отдыхающие не потушили грамотно костёр, когда на другой стороне леса шла борьба с пожаром:

— Люди приходят отдохнуть, я всё понимаю. Но когда вы уходите, почему вы за собой нормально не уберёте? Мы все здесь живём, и одно дело, когда ты приходишь в живой-здоровый лес, а другое — наблюдать последствия некоторых летних пожаров, даже низовых, обычных, когда прогорают стволы деревьев, подстилка до минерального слоя, повреждается корневая система у деревьев. Насаждение приходится отправлять в рубку, потому что оно в течение месяца желтеет, засыхает.

Что видно из космоса?

Думается, именно такой включённый подход и помогает Андрею Сергеевичу и его сплочённому коллективу быть эффективными специалистами, выбирать реалистичные задачи и даже немного мечтать:

— Лес для меня дом, я же ещё и охотник со стажем. А для работы можно немного и помечтать. С учётом того, что у нас 21 век, у лесничего должна быть возможность в любой уголок своего лесничества заехать безо всяких проблем, не задумываясь, что у него с дорогой. А при желании — увидеть в реальном времени с помощью беспилотников, уточнить, что происходит. Контроль за лесными пожарами в этом ключе у нас в зачаточном состоянии осуществляется. У нас есть система космического мониторинга. Несколько спутников в режиме реального времени отслеживают температуры местности. Контраст показателей, как правило, говорит о пожаре — можно координаты определить ещё до того, как станет виден дым. Сначала мы её не очень жаловали, а сейчас пользуемся — иногда она достаточно эффективно работает.