С Ниной Григорьевной Косинцевой, наверное, знакомо большинство местных работников культуры. Особенно те, что постарше, хорошо знают и творческую её деятельность вообще, и исполнительское мастерство в частности. Живёт она в Писанце и всю свою жизнь поёт. Односельчане порой так её и называют — «писанский соловей».
Только вот разговор наш с Ниной Григорьевной на этот раз был вовсе не о песнях-концертах-творчестве-сельской жизни. Она позвонила в редакцию совсем по другому поводу. Очень решительно сказала, что хочет рассказать, как сильно заболела в мае и как к ней отнеслись медики Артёмовской ЦРБ.
Что ж, вот её рассказ — слово в слово.
Песню не подвела
— Мне стало плохо ещё накануне Дня Победы, а 9-го числа у нас концерт. Вот если бы не такой святой праздник, я бы позвонила и отказалась петь. Но не смогла так поступить, таблеточек наглоталась, лыжные палки взяла и пошла.
Тихонечко, тихонечко — и пришла. Посидела, в середине программы водички попросила. Когда меня объявили, видимо, зрители-то увидели, что меня запошатывало, но песню я не подвела. Песня была военная, спела я её хорошо.
И даже посидела потом, чай попила, кашу солдатскую поела и опять с этими лыжными палочками домой пошла.
А 11 мая я в тяжёлом состоянии поступила в кардиологию.
В груди словно птицы летали
— Я после шунтирования, три года тому назад мне поставили кардиостимулятор, у меня целый букет заболеваний. И вот у меня сбился сердечный ритм, было такое впечатление, что у меня в груди летают птицы, крыльями там машут.
Я спать не могла. В постели только час — и соскакивала, дыхание перехватывало. Были сильные приступы. В общем, я до того ослабла…
В отделении сама хотела ходить хотя бы до туалета, но не получалось: иду, охаю, ахаю, за подоконник держусь, того и гляди упаду. Старшая медсестра как увидела, так схватила меня, посадила на каталку и повезла в палату. И так потом все 8 дней меня на каталке катали, следили за мной. Лечили меня, капельницы ставили. А мне не лучше. Все спят, я не могу, мне воздуха не хватает.
Потом созвонились с Екатеринбургом — побеспокоился Червяков Василий Владимирович, заместитель главного врача, он в кардиологии дежурил и решил, что нужно консилиум по моему поводу собрать. Консилиум посчитал, что у меня сломался кардиостимулятор, что нужен областной специалист.
И вот 20 числа меня направили на консультацию, дали мне специальную легковую машину с надписью «Артёмовская ЦРБ».
В дорогу — шанежки и водичка
— С утра, как пришла медсестра, её с поста сняли и отправили со мной. Старшая медсестра позаботилась обо мне — в дорогу купила две шанежки и водички.
И вот я еду в машине — то сплю, то не сплю, а медсестра со мной, всё меня успокаивает. Приехали в больницу — ну везде же очередь, а нашу машину пропустили, прямо к крыльцу подвезли. Я вроде и с тросточкой, но зашла в здание, а дальше шагать не могу.
И тут медсестра моя свой паспорт отдала, ей дали каталку, и она меня вот по этой поликлинике повезла. Кардиостимулятор, слава Богу, в порядке оказался, на мониторе только маленько что-то подправили.
Ну, а дальше, раз у меня состояние такое, мне нужно было в приемный покой попасть, а для этого надо пройти и УЗИ сердца, и флюорографию, и УЗИ конечностей. И вот бедная медсестра (совсем не могучая, небольшого ростика) вся в поту тягала меня по этим этажам, по этим лифтам, в этих очередях…
Медсестра даже подпрыгнула
— Попали в приёмный покой только в 6 часов вечера. Принимала меня кандидат медицинских наук, кардиолог.
Она сказала: «Нина Григорьевна, вы в тяжелом состоянии, конечно, вылечить мы вас не вылечим, но облегчение сделаем». А койко-места-то нет, это же ведь область. Но она куда-то позвонила, и там доктор или заведущий отделения разрешил ей меня к ним направить. Медсестра даже подпрыгнула, поцеловала меня, обрадовалась, что не везти меня в таком состоянии в Артёмовский.
И когда меня, знаете, завезли в палату, у меня шок случился. В платную палату меня привезли. Представляете? Холодильник, телевизор, кровать такая, со всеми этими наворотами. В жизни я такую палату-то не видала.
А медсестра мне уже и сумки притащила…
Всем, кто спасал меня
— И вот мне хочется поблагодарить их всех за такое отношение.
Лечил меня молодой врач Артёмовской ЦРБ Евгений Алексеевич Бурляй.
В судьбе моей также большое участие принял Василий Владимирович Червяков.
Старшая медсестра Нелли Витальевна Соколова была очень ко мне внимательна.
Медсестра кардиологии Лариса Васильевна Ельшина меня сопровождала в областную больницу.
Низкий поклон всем, кто спасал меня. Я ещё раз убедилась, какой тяжёлый труд у медицинских работников, как ответственно они относятся к своему делу и как переживают за своих пациентов.
29 мая я вернулась домой. И потихонечку начала ходить. Есть, конечно, одышка, но не девчонка уже, мне всё же 76 лет. Меня подремонтировали, и я духом не падаю, собираюсь жить и петь дальше. Спасибо медикам.