Для тех, кто не в курсе, коротко изложим суть происходящего. Вышеназванный МУП в 2022 году заключил договор с Максимом Демашиным, чтобы тот формировал его положительный имидж в соцсетях, и допсоглашение — чтобы он от имени МУПа работал с обращениями граждан. В следующем году, после проверки деятельности предприятия Счётной палатой, договор был расторгнут, а в 2025-м против депутата начались суды, рассматривающие правомерность сделки и наличие нарушений со стороны Демашина.
Но если гражданское дело решало, должен ли ответчик отдать обратно ту зарплату, которую он получил от «Нашего дома» за время работы, то в уголовном процессе прокурор потребовал отправить депутата в колонию.
Коварный умысел и заблудившийся директор
Обвинение посчитало, что в ходе следственных действий был доказан факт мошенничества со стороны Максима Демашина, что у продуманного активиста имелся коварный умысел хищения бюджетных средств (финансов МУПа) и заранее сложился план из корыстных побуждений обмануть директора предприятия. В результате всего этого введённый в заблуждение директор МУП «УК «Наш дом Артёмовский» Ярослав Николаев перечислил Демашину более 300 тысяч рублей.
Об этом прокурор заявил во время состоявшихся 20 февраля прений, умолчав, впрочем, что длилось «заблуждение» несколько долгих месяцев, почти год, и что актов и перечислений по этому договору «заблуждения» — не один и не два, а целых 68.
Но началось заседание в этот день не с выступлений сторон, а с повторного допроса главного свидетеля обвинения, которым, судя по всему, и является Ярослав Николаев.
Расхождений нет, есть что-то вроде амнезии
Экс-директор МУП «УК «Наш дом Артёмовский» отвечал на вопросы слегка раздражённо. Он уверял суд, что нет в его показаниях — первых (на следствии), вторых (на очной ставке с обвиняемым), третьих и теперь вот четвёртых (в зале суда) — никаких расхождений, а именно по этой причине он был вновь приглашён на процесс.
Однако ответы свидетельствовали об обратном: главный свидетель то помнил, то не помнил, порой затруднялся, а зачастую и впрямь говорил совсем не то, что раньше. И даже специально привезённый с собой адвокат не помог: забывчивость — не по его части, тут другой специалист нужен.
Между прочим, на то, что в разные моменты процесса Николаев делился воспоминаниями, различающимися по сути, указали не только подсудимый и его защитник, но и прокурор.
Зачитанные на заседании показания, которые он давал во время следствия и на очной ставке, ещё раз подтвердили это.
В стиле «Сколько на небе звёзд?»
Несколько подтверждающих примеров: оцените стиль ответов бывшего руководителя.
- «Я не знаю, кто вёл страницу соцсетей МУП «УК «Наш дом Артёмовский».
- «Договор был заключён. Скорее всего».
- «Я не помню, когда была удалена страница Максима Демашина в ВК, где он должен был размещать публикации о МУПе».
- «Я не могу отвечать на вопрос в стиле «Сколько на небе звёзд?».
- «В ту пору, когда осуществлял деятельность Демашин, с предприятием контактировало больше 50 человек, и я не мог контролировать работу каждого жэкэхашника».
- «Я не готов ответить, в какой момент понял, что со стороны Максима Демашина не исполняются обязательства. Я не могу вспомнить».
- «Я затрудняюсь ответить, на какое количество обращений давал ответы Максим Демашин».
- «Я затрудняюсь ответить, кто предложил составить дополнительное соглашение к договору».
- «Я соцсетями не занимаюсь, неделями в них не захожу, не знаю, размещал ли там что-то Демашин, не знал, что являюсь подписчиком Демашина».
- «Я не знаю, работал ли Демашин с гражданами самостоятельно. Я не могу отвечать за граждан и за Демашина».
Работу не принимал, скриншоты не требовал
Но даже при том, что гражданин Николаев ничего не помнит, не знает и в основном затрудняется с ответами, картина с его слов вырисовывается понятная.
Вот что услышалось в его показаниях.
Николаев не отрицает, что заключение контрактов и трудовых договоров входит в его обязанности. В рамках дела рассказывает, что к нему обратился глава Трофимов и предложил устроить на работу Демашина, чтобы продвигать компанию. Он знал Демашина, как активиста и депутата, они заключили договор, потом допсоглашение — «для создания положительного имиджа и взаимодействия с гражданами». У Демашина не было рабочего места в офисе «Нашего дома», но он туда приезжал с флешкой и работал. Раза два в месяц точно приезжал. Посты он должен был размещать в соцсетях, но Николаев сам работу не принимал, скриншотов не требовал, Демашин отчитывался актами, на основании которых бухгалтер выплачивала оговорённую сумму — по приказу Николаева. Сумма не всегда была полной. Технических заданий Николаев Демашину не давал. Но с конкретными обращениями граждан работать ему поручал, поскольку тот «владел ситуацией», иногда Демашин «лично прибывал и работал вместе со специалистами», иногда звонил. Разговаривали с ним по телефону, списывались в мессенджерах.
Про противоправность и умысел
Что здесь можно назвать мошенничеством, непонятно от слова «совсем». По крайней мере, два главных признака именно этого преступления обнаружить вроде бы сложно.
Первое — «противоправный характер действий». Можно ли обвинить в мошенничестве человека, если он получил имущество законным путём? А Демашин, чтобы обрести свою зарплату, заключил договор, отчитывался за работу ровно так, как требовали, и… работал.
Второе — «прямой умысел». «У Демашина возник преступный умысел хищения бюджетных средств», — говорит прокурор. Но чего там могло возникнуть, если инициатива исходила вообще не от него? Не под дулом же пистолета он вынудил Николаева принять его на работу. Пусть и по рекомендации главы, но Николаев же сам сделал Демашину предложение, от которого тот не смог отказаться, а потом сам положил перед ним договор от имени «Нашего дома».
Ещё раз: несмотря на то, что в общем Ярослав Николаев упрекает Максима Демашина в отсутствии «добропорядочности», в частности он сказал именно это.
Выйти сухим из воды
В своём последнем слове Максим Демашин заявил: «Полагаю, что данное дело изначально имело сугубо политический характер. Это подтверждается тем, что проверка Счётной палаты была закончена в сентябре 2023 года, а уголовное дело было возбуждено в начале 2025 года». Имел в виду он вот что: именно в это время в суде началось активное рассмотрение дела главы Константина Трофимова. «Я полагаю, органы предварительного расследования хотели дополнить моим делом дело Трофимова. Это как раз связано с водонагревателем, с дачей Николаевым взятки…»
Напомним артёмовцам, что сразу же после проверки Счётной палатой «Нашего дома» Николаев и Демашин были по одну сторону баррикады, в 2023, да и в 2024 году Демашин публично защищал Николаева, а Николаев активно судился с СП, и у него не было сомнения в том, что Демашин отрабатывал свои деньги, как положено. Но по мере раскручивания «главного» маховика позиция бывшего директора МУПа менялась.
И сейчас, в общем-то, тоже всё понятно. Ярославу Николаеву удалось уйти от ответственности как взяткодателю (если вина Трофимова в получении взятки водонагревателем доказана, доказана и вина того, кто эту взятку давал). Сегодня он, активно участвуя в обвинении Максима Демашина, пытается сделать то же самое — выйти сухим из воды. В своём последнем слове подсудимый задал вопрос именно на эту тему: «Если дело было заведено на меня, почему оно не было заведено на Николаева? Если директор допустил растрату бюджетных средств, то он что угодно может теперь говорить в адрес другого лица».
О том, что в действиях Демашина нет состава преступления, в котором его обвиняют, сказала адвокат подсудимого.
«Для чего главе нужно было устроить Демашина? Для того чтобы он активно не выступал в Думе, в соцсетях, в СМИ против МУП «УК «Наш дом Артёмовский». Демашин активно критиковал работу управляющих компаний… Ему нужно было дать работу, чтобы его активная позиция критиканская не проявлялась, и привлечь на свою сторону. Интерес со стороны Николаева тут был прямой… В разрезе уголовного права нужно исходить из фактических договорных отношений, которые заключались в том числе в устном порядке. Отношения эти сводились к тому, что Демашин должен был выполнять деятельность, в целом направленную на урегулирование проблемных вопросов, параллельно на продвижение компании, создание её положительного образа. И он это делал».
Как бы то ни было, закончилось заседание тем, что прокурор запросил для подсудимого 2 года и 6 месяцев лишения свободы с отбыванием срока в исправительной колонии общего режима.
После чего Максим Демашин отправился домой — ждать приговора, который будет оглашён 25 февраля. А Ярослав Николаев уехал в Полевской, продолжать руководить очередной управляющей компанией.
