Город на холмах
Кто назвал Америку страной небоскрёбов?
К нашему приезду из России муж снял небольшой одноэтажный домик на очень зелёной, тихой, солнечной улочке, и теперь мы живём в одном из самых старых кварталов Литл Рока, где стоят дома, построенные лет 80-100 назад. Тогда мысли у архитекторов были позаковыристее, а потому дома получались очень красивыми и разными — с витиеватыми балкончиками, колоннами, крылечками, террасами. Можно было бы сказать, что мы живём «в частном секторе», если не учитывать, что здесь почти кругом частный сектор.
Миф о том, что Америка состоит сплошь из небоскрёбов, пошатнулся в моём сознании ещё в пути, когда мы ехали в автомобиле из хьюстонского аэропорта (штат Техас) в наш Литл Рок больше десяти часов. Окончательно развенчался этот миф после того, как мы позднее успели побывать в нескольких довольно крупных американских городах в разных штатах. Литл Рок (в переводе означает «малая скала»), хоть и столица штата Арканзас — не очень большой по населению город — примерно 200 тысяч человек вместе с пригородами. Высотные здания, конечно, есть, но не выше 15-20 этажей, их немного, они находятся в деловом центре, все наперечёт. Деловые центры в Америке называются даунтаунами — «нижний город», там нет жилых домов, только учреждения, офисы, банки, театры и рестораны-кафешки, даже магазинов мало. О магазинах будет отдельная история, я о них потом расскажу.
От прочих столиц прочих штатов наш Литл Рок отличается тем, что здание Капитолия является слегка уменьшенной копией вашингтонского Капитолия (ещё одна такая копия в столице Техаса в городе Остин). В нём проводит свои заседания Генеральная Ассамблея Арканзаса, состоящая из Палаты Представителей и Сената штата Арканзас. В нём также находится офис губернатора штата. Здание в стиле неоклассицизма было построено в 1899-1915 годах. Справедливости ради стоит отметить, что большинство американских Капитолиев похожи друг на друга наличием колонн и купола в центральной части здания, однако точных копий крайне мало, а у нас есть.
На территории арканзасского Капитолия находится несколько памятников и скульптур, посвящённых различным событиям, связанным с историей и современностью штата. Одна из скульптурных композиций посвящена так называемой Девятке из Литл Рока, первым темнокожим ученикам местной школы.
Литл Рок является столицей округа Пьюласки (англ. Pulaski County) с населением приблизительно в 361,5 тыс. человек. Округ Пьюласки был образован в декабре 1818 года, став пятым округом Арканзаса и получив своё название в честь польского графа Казимира Пулаского, спасшего жизнь Джорджа Вашингтона в ходе войны за независимость США. Ладно, хватит истории, кому интересно, тот эти сведения может и в интернете найти.
Литл Рок раскинулся на берегах довольно широкой извилистой реки, с запрудами и многочисленными, в том числе и пешеходными, мостами, называется она Арканза. В неё впадает несколько малюсеньких речек и больших ручьёв, чьи русла также проходят по территории города. Весь он на холмах, очень ландшафтный в этом смысле и зелёный. Большая часть жилого сектора расположена, словно в парке, или, если хотите, в лесу, среди высоченных деревьев. Климат субтропический, поэтому вечнозелёных и вечнокрасных деревьев и кустов хватает — магнолии, самшиты, кипарисы, кедры растут повсюду. Мы приехали в январе, и тогда всяческие раскидистые дубы и клёны стояли без листвы, но всё равно зелени в городе было много. Январская погода здесь похожа на сентябрьскую на Урале, когда бабье лето подзадерживается чуть ли не до конца октября — днём солнечно и довольно тепло, а ночью иногда небольшие заморозки. Весна очень весёлая, солнечная, дружная, всё распускается в несколько дней, палисадники, украшенные цветниками и кустами азалий и роз, словно соревнуются между собой в способности украсить хозяйский дом.
Лето здесь жаркое, влажное, благоухающее ароматами всевозможных южных цветов.
Если уж говорить о благодатном климате, приусадебных участках и растениях, то следует отметить, что у американцев садоводство и огородничество не слишком популярно, между досочками заборов не просовывается малина или вишня, а сверху отнюдь не свисают отягощенные плодами ветви слив, яблонь или персиков. Американцы особо не заморачиваются на эту тему, да и правда, на кой нужно спину горбатить, если всё есть недорого в магазинах.
Впрочем, среди них есть и фермеры, торгующие на местном рынке сельхозпродукцией, произведённой на своих многочисленных гектарах, есть и отдельные любители покопаться в земле. Вот эти граждане приобретают небольшие участки за городом в специально отведённых местах, что немного напоминает наши садовые товарищества. С той лишь существенной разницей, что на участках нет никаких садовых домиков-дач (зачем дача человеку, который и без того имеет под боком мангал или барбекюшницу и живёт среди природы?). Выделенная территория позволяет обустроить небольшой курятник-индюшатник или крольчатник — кому что хочется. Минимальный инвентарь хранится в крошечных сарайчиках, а трактора и прочая необходимая техника находятся в общем ангаре, рядом с автомобильной парковкой, что очень удобно. Участки обнесены рабицей, так что можно увидеть даже самых дальних соседей, грядки, как правило, огорожены аккуратными досочками. И всё это охраняется внушительного вида секьюрити в форме и, надо полагать, вооружёнными.
Впрочем, в большинстве своём американцы предпочитают свободное время тратить на спорт и развлечения. Это вообще отдельная история, забавная тема, я об этом в другой раз непременно расскажу. А сейчас вернёмся к тому, как мы устроились.
Я уже упоминала, что пока мы живём в доме, который арендуем. Такого рода жилья в Литл Роке предостаточно, очень часто можно встретить возле домов таблички «сдаётся в аренду» или «продаётся», и многие так и живут всю свою жизнь в арендованном жилье.
В Америке, как и во многих других цивилизованных странах, принято иметь на каждого члена семьи по отдельной спальне, кроме этого, полагается гостевая спальня, в которой можно принять нагрянувших друзей или родственников. Помимо этого в доме (или квартире) обязательно должны быть гостиная и столовая, иногда они объединены не только между собой, но и с кухней.
Когда мы с дочерью только приехали, в доме заканчивался ремонт, повсюду лежали доски, листы фанеры, мешки с цементом, стояли большие коробки (как позже выяснилось, с новыми вентиляторами), так что не везде можно было пройти, чтобы толком разобраться в планировке. Прошло дня три, а я всё не могла понять, сколько же у нас комнат. И вот как-то ночью я никак не могла уснуть и, пытаясь сообразить, три или всё же четыре комнаты в доме, тихонько встала, освещая путь включенным телефоном, отправилась считать, пробираясь между коробками и мешками. Вышло, что, кроме огромной кухни, комнат всего пять, и в глубине дома есть ещё одна ванная. Нда-а… Тесно не будет, это точно.
Перед нашим домом немаленький такой газончик с парой очень красиво цветущих всё лето кустов, позади довольно большой участок опять же с деревьями и кустами. Частично их оплетают разнообразные, в том числе и очень колючие, лианы. Надо полагать, что это просто бич местных садовников, эти растения куда как сильнее обычных сорняков и прут из земли с невиданной силой и скоростью.
Когда-то на заднем дворике были газон и цветник, но последние лет десять, по всей вероятности, за всем этим толком никто не следил, поэтому вид довольно запущенный. С заборчика свисают плети ежевики, её крупные белые цветы ещё весной выглядели довольно многообещающе, и летом мы лакомились чёрными блестящими ягодами. Сбоку от живописных каменных ступеней, ведущих куда-то наверх, пытается пробиться
вездесущий конский щавель. Я периодически пытаюсь бороться с ним и с лианами, но почти безуспешно.
В ветвях деревьев и кустов полно гнёзд, Здесь много птиц, они заливаются с самого рассвета, кто во что горазд, и по утрам мы просыпаемся от их трелей. Зимой мы насыпали им корм (он продаётся в супермаркетах наравне с кошачьим и собачьим), и к нам прилетали огненно-красные, хохлатые, похожие на свиристелей, кардиналы и сине-голубые с чёрно-белыми оторочками на крылышках блю-джери. Кардиналы и сейчас обитают где-то неподалёку, а вместе с ними лесные голуби, пересмешники, робины, скворцы, крупные воробьи в полосатеньких шапочках и совсем какая-то мелочь, чуть побольше колибри. А ещё здесь несметное количество белок, которые резво скачут по всем деревьям, столбам и заборам. Однако людей они побаиваются, движения у них пугливо-вороватые, чуть ближе подойдёшь — прячутся и убегают, и я что-то не видела, чтобы их здесь кормили с рук, как, например, в парке Маяковского в Екатеринбурге.
Я не знаю, что там на самом деле думают американцы про Россию, но если некоторые из них считают, что в России медведи по улицам городов разгуливают, то я догадываюсь, почему они так думают. Потому что здесь в парках во время прогулки можно запросто встретить не одно стадо косуль, пешеходные дорожки пересекают еноты, опоссумы, маленькие рыженькие кролики, какие-то огромные чёрные змеи, в высокой траве шуршат броненосцы, в водоёмах плавают разнокалиберные черепашки…
За всю свою жизнь я не видела столько зверья под открытым небом, сколько за эти считанные месяцы. И в том числе собак. Собаки всяческих пород — мопсы, таксы, пудели, болонки, овчарки, рыжие и черно-белые колли, новомодные золотые ретриверы (ну очень красивые!) и даже борзые здесь есть почти в каждом доме и не по одной. Но это уже немного другая история, как-нибудь позже непременно расскажу.