На фронте даже венчания происходят
Для третьей поездки на фронт отец Николай подготовил храм на колёсах: екатеринбургские волонтёры помогли батюшке с покупкой «буханки», а артёмовские мастера организовали в «УАЗе» алтарь. Впрочем, службы иерей совершает не только в мобильном молельном доме:
— Если у военных есть потребность в богослужении, ещё в каких-то мероприятиях — исповеди, причастии — выезжаем в подразделения, на полигоны и совершаем полноценные службы, богослужения. Женщины в СВО тоже есть, и у нас даже венчания фронтовые происходят.
Подземный храм — не символ, а потребность
С начала спецоперации на передовой были обустроены десятки полевых храмов, в том числе — стараниями мироновского священника и его помощников. Обстановка на фронте сейчас такова, говорит собеседник, что часть боевой инфраструктуры уходит под землю:
— Фронт сегодня динамичен, постоянно движется, противник не дремлет, применяет новые технологии, тактики, пытается уничтожить живую силу нашей армии. Летает в воздухе много чего, включая зоны, в которых раньше было относительно безопасно. И всё, что на поверхности, оказывается посечённым мелкими элементами, осколками.
В блиндажную систему будут вписаны и места для богослужений:
— Закапываем храмы под землю. Подземный храм — это не символизм какой-то, а духовная потребность: воины в храм приходят постоянно. Нет столько причастников, желающих покреститься здесь, как там.
Когда за Лупсан-ламу сказал всё правильно
Конфессий на передовой представлено много, и между ними выстроен хороший диалог:
— На войне нет разделения на конфессии. Мы — большое государство, у нас сосуществуют и ислам, и иудаизм, и буддизм, и ламаизм, и православие… Недавно мне пришлось взять на попечение буддийских священнослужителей. И мы соработничали, не мешая друг другу: они со своей стороны службы проводят, я — со своей. Как-то выступали перед бойцами, и я говорю: «Сейчас, уважаемые воины, пред вами выступит Лупсан-лама». А он мне на это: «Отец Николай, после тебя и говорить нечего. Ты всё сказал правильно».
«СВО — это священная военная операция»
Говорят священники с военнослужащими о простых, но основополагающих вещах. И о божественном промысле, и о том, к чему сами пришли в ходе размышлений. Многие из солдат, поделился наблюдением иерей Николай, на передовой «трансформируют свой взгляд на специальную военную операцию, историю Великой Отечественной войны, пересматривают геройские поступки наших дедов и прадедов»:
— Специальная военная операция отчасти попущена Богом. Один православный человек мне сказал: «СВО — священная военная операция». И христиане воспринимают её именно так. Там происходит телесное и духовное трезвение воинов, когда они переходят из зоны потребления в зону патриотизма, начинают осознавать смысл происходящего. Солдаты жертвуют личным комфортом, здоровьем, своей жизнью, стоят щитом против оружия по уничтожению человечества. И всё это они делают ради нас с вами. Чтобы мы могли здесь, в тылу, ходить на работу, своих детей водить в учреждения. И это великий подвиг наших солдат… Та же СВО выносит на поверхность пену смердячую — тех, кто больше обеспокоен личным благополучием, тех, кому без разницы судьба Родины, Отечества.
За те же ценности, что Александр Невский
Духовное трезвение, уверен собеседник, это и понимание смысла спецоперации в общем контексте истории России. В качестве примера священник привёл беседу с воинами доктора исторических наук из Москвы:
— После выступления Анны Филипповны я сказал бойцам: «Ребятушки, она рассказывает вам историю становления новороссийских земель — Донбасса, Запорожья, Херсона. Эти территории русскими царями осваивались и отстраивались»… Если посмотреть, то все вехи в нашей истории начинались с народного осознания. Вспомним, к примеру, период с двумя Лжедмитриями, когда государство присягало на верность польскому интервенту. Но потом, в 1612-м, духовное отрезвление наступило, народ собрался, сплотился, выгнал интервентов, поставил царя над собой и жил много лет. А за что в 1242 году Александр Невский со своим войском бился с немецкими рыцарями на Чудском озере, а за что в 1380 году Дмитрий Донской малой ратью на Куликовском поле отражал нашествие монголо-татарского войска, за что наши деды и прадеды в Великую Отечественную воевали? За те же ценности.
Поддержал, чтобы не зачетырёхсотился
Разговоры с бойцами у отца Николая бывают и один на один:
— Однажды, когда после службы все ребятушки вышли, говорю одному танкисту: «Вижу твоё напряжение, понимаю, что тебе страшно, тяжело, но пойми, здесь в постоянном напряжении быть нельзя, от перенапряжения можно зачетырёхсотиться» (это значит — в ответственный момент впасть в ступор)… Когда видишь таких парней, которым нужна поддержка, тогда и сам все трудности преодолеваешь. А трудности бывают разные: к примеру, просыпаешься, а у тебя в спальном мешке мыши — по тебе ползают, на зуб пробуют, греются. Всегда шучу на этот счёт: «Что вы, ребята, здесь забыли?».
Как звёздочка в Великую Отечественную
Возвращаясь к ключевым смыслам спецоперации, настоятель храма Георгия Победоносца обратил внимание на ещё одну важную деталь:
— У меня появились некоторые шевроны трофейные, я их отдал в музей мироновский, — среди них много иероглифов, знаков, изображений с животными, которые к язычеству и к нацизму напрямую отсылают… Бываю во всяких направлениях, видел разных солдат и заметил, что у наших воинов шеврон с образом Христа и изображением Креста — как звёздочка советского солдата в Великую Отечественную. Я это вижу и понимаю, что наши воины просыпаются, для них духовность — это не пустой звук, это не формальное исполнение каких-то обязательств, что они настоящие христиане.
«Чудо, когда возвращаются живыми»
Когда подразделение молится со Христом, продолжил священник, там всегда есть место настоящему чуду:
— Наверное, самое великое чудо для меня, когда бойцы возвращаются с передовой на ротацию живыми. Живыми! Я всегда даю солдатам номер телефона, чтобы они мне писали. И, когда с воином месяца три связи нет, и потом он откликается, то — слава тебе, Господи! Знаете, когда военных отправляешь на передовую, они тебе детьми становятся. Ты им как отец — в прямолинейном смысле. За каждого переживаешь, независимо, кто он — старец (а я видел там и пожилых воинов) или молодой, опытный или неопытный. Говорю ребятам: возвращайтесь не только с победой, но и живыми. Потому что вам созидать Россию, воспитывать наше будущее поколение. Потому что не дяденьки и тетёньки в кабинетах будут писать историю, а вы создаёте её здесь, сейчас — силой своего подвига, силой своей жертвы за Отечество.