Архив
28 сентября 2007 в 15:42

Когда комнату объяло пламя, она шагнула с девятого этажа

Говорят, вор оставляет стены, а пожар забирает все. Но остаются людские судьбы, в большей или меньшей степени – но покалеченные. А нередко к страданиям душевным прибавляются страдания физические. И всегда – боль.

О трагедии, случившейся в минувший понедельник в поселке Буланаш, диспетчер пожарной части сообщил в 20.45 — горела девятиэтажка, точнее, квартира 912 дома №29 по улице М. Горького. Есть пострадавшие.

… Запах гари начал ощущаться на восьмом этаже, с каждой пройденной ступенькой становясь резче, а в коридоре девятого специфический дух пожарища, который не спутаешь ни с чем, проявился по-настоящему. Небольшие лужицы, пакеты, женский сапог, мусор, копоть, а в конце узкого коридора – яркий дневной ослепляющий свет в окне. Железная дверь, снятая с петель, прикрывает вход в 912-ю.

«Что здесь произошло? Как?» — эти вопросы мы задали начальнику 54 ОГПС Владимиру Игоревичу Корытову.

Реклама

— Пока ничего положительного или отрицательного сказать не могу. Идет процесс выяснения обстоятельств, устанавливаются причины – из-за чего произошло возгорание. Что-то конкретное станет известно дня через три, когда будут проведены предварительные действия.

Через три дня, как обычно и бывает, эта история обрастет самыми невероятными слухами, поэтому мы встретились с жильцами дома №29 – соседями погорельцев и практически очевидцами трагедии.

— Это произошло часов в семь, начале восьмого, — рассказывает Елена Борисова, проживающая этажом ниже. — У меня муж пришел с работы, поужинал, немного вздремнул и отправился в магазин. Когда спустился, ему сказали, что на девятом этаже, наверно, пожар (дым был виден с улицы).

По словам Елены, на вахту пришли совсем посторонние люди и сказали, что на девятом этаже, похоже, пожар. Сразу вызвали пожарных. А соседи взяли ключи и отправились в квартиру, которая располагалась под горевшей, — проследить, чтоб хотя бы там ничего не загорелось: в той квартире, внизу, никто не живет.

— Там уже почти крыша начала гореть, — продолжает Елена. – Но более-менее обошлось. Окончательно потушили пожар где-то в десятом часу. Правда, у нас до сих пор нет света, наверное, промокло все, пролили-то капитально… Кто живет в 912 квартире, я даже и не знаю, не знакома с ними. Мама работает, кажется, в ЦРБ. А то, что кто-то выпрыгнул, видела женщина с шестого этажа, она здесь дежурит, в больнице…

— Знаете, у нас даже дыма не было, — сказала Ирина, проживающая почти напротив выгоревшей 912-й. — Вернулись из бани, легли спать. Потом в дверь постучали, открываем — там пожарные, мол, здесь пожар. Мы даже не знали! Нас на балкон выпихнули, там мы и стояли с ребенком, ждали. Мы и испугаться-то не успели, все без нас произошло.

Как сказала Ирина, когда мама уходила на работу, она обычно запирала единственную дочь на ключ.

В настоящее время пострадавшая девочка находится в реанимации, она без сознания. Но чуть раньше успела сказать, что себя подожгла сама. О причинах такого поступка говорить не будем – слухи ходят разные.

Комната загорелась, девочка открыла окно – пламя резко усилилось, и в понедельник вечером, 24 сентября, тринадцатилетняя девочка шагнула из пылающей квартиры вниз – с девятого этажа…

Сейчас состояние пострадавшей критическое, у нее перелом бедра, таза, правой руки, обширный ожог тела – 50 процентов. У девочки отек верхних дыхательных путей, она находится на аппарате искусственной вентиляции легких.