Сыр-бор возник из-за того, что в программу приватизации чиновники предложили внести школу в Писанце. Да, ту самую, которая дала трещину лет 15 назад. И после этого, кстати, долго ещё принимала детей в обычном режиме. Закрыли здание только в 2021 году. С тех пор оно стоит, как неприкаянное, никому не нужное, слегка уже раздёрганное предприимчивыми гражданами.
И вот теперь здание решили внести в программу приватизации, чтобы пустить его с молотка. Депутаты, соответственно, должны были одобрить это решение. Но неожиданно отказались. Редкий случай, обычно вопросы о приватизации проходят через Думу за одну-две минуты. А тут — нет.
Народные депутаты вдруг задумались о том, к каким результатам приведёт подобный шаг.
Грызть гранит наук на чужбине
Сегодня дети школьного возраста из Писанца учатся в других образовательных учреждениях. В основном в Сосновоборской школе. Их, скажем так, не очень много — 32 человека. Но тут нужно учесть, что сразу после закрытия школы, говорит староста села Роман Упоров, из Писанца уехали 8 семей, а с ними 27 разновозрастных детей.
И, если решится вопрос с приватизацией, писанское будущее не будет иметь никаких перспектив вернуться назад, в родную школу, так и будет грызть гранит науки за границами села.
Удобно ли писанятам учиться на чужой территории?
Представителям Управления образования ответ не кажется очевидным и столь уж отрицательным.
Здесь, в Писанце, ребятишек мало, они находятся в замкнутом пространстве, поясняет заместитель начальника УО Марина Ключникова. Совсем другое дело — Сосновый Бор. Там — 260 школьников, нормальный социум, а в каждом классе, по каждому предмету — свой преподаватель.
— Мы, когда в Писанце закрывались, тут на уровне начального образования было 9 человек. Это был класс-комплект, где учились первоклашки, второклашки, ученики третьего и четвёртого классов, которых обучал один учитель.
А ещё в посёлке у детей есть возможность заниматься в кружках и секциях допобразования, в школе Соснового Бора имеется «Точка роста».
Иначе смотрят на эту ситуацию сами сельские жители. Общественнику Андрею Воронцову, выражающему их мнение, доводы управленцев не кажутся убедительными.
— При чём тут социум? — возражает он. — Дети встают в шесть утра, едут на автобусе. Уроки прошли — они что, допобразованием заняты? Нет, они собираются и ждут автобус, чтобы уехать домой. Приезжают, а тут действительно ничего уже нет, некуда пойти.
Вот если бы они учились в родной школе… А ведь, когда её работу остановили, жителям села обещали, что здание отремонтируют и ребята в него вернутся.
Село неперспективное?
— А если село будет развиваться и поднимется рождаемость? Что тогда будем делать? — задает, пожалуй, самый важный вопрос на сегодня Андрей Воронцов.
Но чиновники в прекрасное писанское далёко верят с трудом. Ну, может быть, потому что приблизить его в состоянии только хорошее финансирование. Ремонт школы выльется миллионов в 35. А где их взять? Денег на такие дела нет и не будет, сообщает свой вердикт замглавы Наталия Черемных. Попасть в программу, которая могла бы пролить на Писанец золотой дождь сверху, очень сложно.
— Чтобы войти в программу, нужно экономическое обоснование, — развивает мысль Марина Ключникова. — А для этого мы должны показывать прирост детей.
С приростом пока в селе не очень. Вот и ребятишек из детского сада, судя по всему, тоже скоро отдадут на воспитание соседям. В планах решить этот вопрос уже до 1 марта. Слишком затратно содержать десяток малышей рядом с домом.
— Село неперспективное, — доказывают депутатам чиновники.
Но так ли это на самом деле?
В селе не три с половиной человека живёт, а 310, прописано же вообще 530 — и кто знает, может, часть этих людей вернётся, если решится вопрос в том числе с обучением их детей.
К тому же Писанская птицефабрика сегодня не просто стабильно работает, но и вполне себе развивается, собираясь строить новый корпус. Работать сюда ездят артёмовцы. Так что у местных жителей своя точка роста — производственная.
— А ещё Писанец это очень перспективное туристическое направление, — доказывает свою правоту Андрей Воронцов. — Тут есть что посмотреть, что показывать и развивать. К тому же на птицефабрике есть газ, значит, и в селе он будет. Это важно для комфорта.
Вот в Трифоново школу не дали убить
А ещё Андрей Воронцов, Екатерина Котлова и Татьяна Петрова предупреждают о том, что вся эта история — опасный прецедент, который может потянуть за собой серию подобных же событий. И приводят конкретные примеры со знаком минус и знаком плюс на эту тему.
Вспоминают, как исчез Писанский ДК — красивое крепкое здание, у которого вовремя не отремонтировали сгоревшую крышу. Теперь культура ютится в помещении детского сада, а ДК как корова языком слизала. Всплывает в памяти двухэтажка, где находилось ЖКО радиозавода, она была приватизирована, продана за рубль и превратилась в помойку, сегодня тут собираются асоциальные элементы. А был этот дом, вспоминает Екатерина Котлова, очень удобен для проживания. Из примеров наоборот — школа в Трифоново, которую хотели слить с Покровской, но общественность её отстояла, и сегодня историческое здание наполнено детскими голосами.
— А убили бы школу? Что бы было?
Дурной пример заразителен, говорят депутаты: по такому же пути сейчас могут пойти и при определении судьбы других маленьких школ в «неперспективной» сельской местности: Незевае, Шогринском и т. д.
— В годы Отечественной войны для 2-3 детей классы содержали, — с грустью говорит Екатерина Ивановна.
— Да ни в жизнь потом нам не построить новую школу в Писанце, — откликается Андрей Владимирович.
Отправить или оставить?
Но чиновникам очень хочется треснувшее помещение отправить куда подальше.
— Мы всё отключили и содержать не собираемся. И чего нам ждать? Стена рухнет — мы его вообще продать не сможем.
Но и среди них согласья нет. Звучит и такое:
— Да нет на это здание желающих, никто не купит, никому не нужно…
Спор заканчивает Алексей Решетов — депутат на округе, куда входит Писанец, и директор той самой развивающейся птицефабрики. Он указывает коллегам, что сейчас решается конкретный вопрос — о приватизации здания — и нужно бы его отделить от проблем школьного обучения.
— Сегодня дети ездят, обучаются, школа стоит, — говорит он. — Кому и зачем нужна эта приватизация? Приватизируем, разрушим и никогда не восстановим здание. Считаю, что нужно оставить его на перспективу — с тем, чтобы потом отремонтировать.
В итоге депутаты решают исключить пункт о внесении школы в программу приватизации. Им, похоже, тоже хочется верить, что лучшие годы красивейшего села Артёмовского района ещё впереди.
Писанец может выдохнуть.
Хотя вопросы-то, конечно, остались.
И про судьбу детского сада, и про то, как сделать так, чтобы стенка не рухнула раньше времени, и про необходимость охраны законсервированного храма знаний от шустрых вандалов…
