Архив
26 января 2011 в 11:06

Бояться нужно. Но кого?

Президента пустили в реанимацию и показали рентгеновские снимки пострадавших. Медведев заявил, что террористы, которые это совершили, - "мерзавцы и подонки". Он успел пообщаться с одним из раненых и пожелал ему скорейшего выздоровления. (Из какого-то репортажа…)

Мне всегда казалось, что теракты в России – особенные. Никогда не могла додумать эту мысль до логического конца, потому что ужас, боль, растерянность, которые после очередного злодеяния царили не только в моей душе, убивали мысль в зародыше. Чувства не умеют думать.

Но сразу после теракта в Домодедово пришлось окунуться в Интернет. Поскольку информации по центральным телеканалам просто не было (ну за исключением, конечно, «Пятого» – питерским журналистам низкий поклон за их профессионализм). И из обилия фактов, версий, мнений в процессе обсуждения вдруг выплыл абсолютно естественный вопрос: а почему в России никто не берёт ответственность за террористические акты? Где угодно берут, сообщают об этом во всеуслышание. У нас же – практически никогда. Но ведь в этом случае теракт для того, кто его совершает, просто теряет всякий смысл. Потому что целью любого теракта является устрашение. Взрывают для того, чтобы все боялись. Берут ответственность для того, чтобы знали, кого именно нужно бояться. У нас всё по-другому. Гремят взрывы в метро, в Домодедово… И мы понимаем: бояться нужно. Но кого? Непонятно. Или – понятно всё же?

Уже сейчас спецслужбы громко кричат о кавказском следе в деле. Думаю, через положенное время нам расскажут о том, как уничтожили на Кавказе очередных бандитов и гордо объявят, что именно эти «мерзавцы и подонки» взорвали Домодедово. Бандитов, конечно, убьют во время операции…

Реклама

Нет, я не утверждаю, что столь любимые враги националистов – кавказцы, чеченцы – непричастны к этому взрыву. Откуда мне знать? У меня же нет всевидящего и всеслышащего ФСБ, как у президента. У меня нет камер слежения, современнейших технических средств, умных собак, наконец, которые могут унюхать взрывчатку. Зато у меня есть мысль, которую я думаю.

Зачем, например, чеченцам нужны вот эти взрывы? Ну объясните. В Чечню столько российских денег уже вбухано и вбухивается сегодня, что народ там живёт не в пример нам – всё лучше и лучше. Зачем чеченцам что-то менять? Вы правда думаете, что они хотят войны? А если кто-то из них недоволен лидером Кадыровым – зачем ему ехать так далеко, в российский аэропорт, чтобы таким невнятным образом что-то продемонстрировать? И главное: зачем потом молчать об этом?

Не получается всё же додумать мысль до конца – страшновато как-то.

Усиление, ужесточение, запрет и контроль – об этом опять говорят и президент, и премьер, и силовики. Как будто мало они уже в нашей жизни ужесточали, запрещали и контролировали. Немало – после каждого теракта. И что? Помогло? Почему-то чем дальше, тем больше утверждаешься в мысли, что ничего не изменится, даже если прослушку установить под каждым российским столом, камеры везде – вплоть до сортиров – натыкать, даже если каждому россиянину по чипу-идентификатору вживить в плоть. Не спасёт. По-прежнему из чеченских лесов прямо в центр столицы будут выходить боевики, проносить, куда хотят, взрывчатку.

И ни техника, ни собаки, ни агенты ФСБ не смогут проконтролировать ситуацию, остановить «мерзавцев и подонков».

Зато остановить и проконтролировать в скором времени смогут любого из нас – нормальных, законопослушных граждан. Помните?

Ужесточение, запрет и контроль. Прослушки, камеры и чипы. Ещё два-три теракта…

Ирина Кожевина