Архив
5 октября 2012 в 9:04

Непарламентское

Ну, в общем, это была, конечно, песня. Вопль измученной депутатской души. Правда, почему душа парламентария пользуется столь непарламентскими выражениями, сказать сложно.

А дело было так. На заседании Думы в минувший четверг поспорили две женщины-депутата — О.Н. Чеботарёва и Т.Н. Тер-Терьян. Речь шла о назначении помощника депутата, о его статусе и поведении. Взгляды народных избранниц разошлись, этот спор — уже под занавес заседания — получился горячим, сердитым.

Когда депутаты спустились в помещение Думы, разговор продолжился и там. Однако постепенно он перешёл в мирное русло, а потом конфликт был вообще исчерпан. Свидетелями этого нормального выхода из сложной ситуации были несколько человек — работники аппарата Думы и депутаты-женщины. Подчёркиваю принадлежность к слабому полу, поскольку буквально через несколько минут после столь приятного для всех присутствующих финала началось что-то, во-первых, совсем не приятное, а во-вторых, отнюдь не дамское.

Мы как раз говорили о том, что это здорово: мы можем не соглашаться друг с другом, спорить до хрипоты, а потом вот так по-дружески общаться — когда в кабинет вошла наша коллега Р.П. Гареева. Вернее, её позвали (!) присоединиться к нашему хорошему настроению.

Реклама

Ой, да чего ж мы наделали! Да пусть бы оделась себе спокойно и пошла-поехала на свой округ, выполнять свои депутатские обязанности. И мы бы ушли в приподнятом настроении, и она бы остатки нервов своих сохранила.

Тут надо сделать небольшое отступление. Заседаем мы в четверг, в этот же день выходит в свет газета «Всё будет!». В свежем номере «ВБ!» было напечатано интервью председателя ТОМС п. Красногвардейского Т.П. Литвиненко, где она весьма нелицеприятно (и, по-моему, справедливо) отзывалась о деятельности депутата Гареевой. С моей стороны в адрес гражданки Гареевой Р.П. в интервью ничего сказано не было, хотя я тоже считаю, что облико моралес у этого хомо депутатус имеет серьёзные изъяны и та склока, которая сегодня так мешает Красногвардейскому двигаться вперёд, — порождение её неутолённых амбиций. Тем не менее, год назад люди проголосовали, выбрали её, результаты не оспорены. Так что сидим в одной Думе, работаем…

Ну так вот. Стоим мы такие все благодушные, и вдруг раздаётся звонок — кто-то из соратников Р.П. Гареевой в Красногвардейском прочитал нашу газету. «Она вот тут рядом стоит, сейчас я настучу ей по башке-то!» — многообещающе произнесла дама-депутат. Народ понимающе улыбнулся: шутит. Мне шутка не очень понравилась: я слегка отодвинула от Гареевой ту башку, по которой она обещала настучать. И, пожалуй, была права.

Захлопнув крышку телефона, депутат от Красногвардейского, а также Соснового Бора и Писанца воинственно завопила: «Ты чего пишешь? А?» Отодвинувшись ещё на полшага, я осторожно поинтересовалась: «А мы что, уже на «ты» перешли?» И тут я услышала, что

1) ещё не знаю, с кем связалась,

2) что мне голову, вернее башку гражданка Гареева скоро оторвёт,

3) что такое мне устроит — мало не покажется,

4) что я — никто и звать меня никак.

Обомлевшие свидетельницы этого «всплеска эмоций» тщетно пытались успокоить разволновавшуюся народную избранницу. А она, исчерпав, очевидно, весь свой словарный запас, перешла на совсем уж непарламентские выражения. Несколько раз матюкнувшись, уверенно заявила: «А хоть куда жалуйся — никто не подтвердит».

Выйдя из состояния ступора, я вдруг вспомнила о диктофоне, который отдыхал в моей сумке, — достала, включила и поднесла поближе к разъярённому депутату. И Гареева больше не произнесла ни слова! Она просто пулей вылетела из кабинета, ничего не пообещав мне на прощанье.

А мы остались…

И с тех пор я в задумчивости. Ну ладно, я могу, конечно, наказать эту особу рублём, подав на неё заявление в суд. Полагаю, она ошибается, думая, что никто ничего не подтвердит.

Реклама

Хотя вот ведь какая штука. Сколько бы ты ни платил за свои проступки — мозги за деньги не купишь…

Ирина Кожевина