Архив
31 июля 2014 в 17:33

Денис Чекасин: «Преступник будет сидеть. Там, где надо» Начальник ОМВД о ситуации в АГО, криминале и людях в чёрных масках

Массовые обыски, задержания и аресты, которые волной накрыли Артёмовский, кто-то соотносит с тридцать седьмым годом прошлого столетия.

Кто-то говорит, что Глеб Жеглов, глядя на действия нашей полиции, просто нервно курит в углу.

Кто-то откровенно радуется тому, что впервые за последние годы криминал получил такой мощный удар от местной полиции, что опомниться от него, похоже, сможет нескоро.

Реклама

А вот начальник ОМВД по Артёмовскому району Денис Чекасин (с приходом которого и связывают начало массовой атаки на криминал) объясняет, что на самом-то деле ничего необычного сейчас в городе не происходит, артёмовская полиция просто работает так, как она и должна работать.

И присутствие на территории АГО сотрудников областного СОБРа Денис Васильевич не считает из ряда вон выходящим событием.

Вот какой разговор у нас состоялся на днях по этому поводу. 

— Денис Васильевич, о том, что у нас работает СОБР, говорит уже весь город. Появление в городе людей в чёрных масках народ нервирует, особенно артёмовцы удивлены количеством собровцев, их, судя по всему, много. Зачем всё же они здесь, в Артёмовском? Какую задачу выполняют? У нас что, такая серьёзная организованная преступность, что постоянно нужен отряд быстрого реагирования?

— Нормальным, обычным гражданам, которые живут в рамках закона и ничего не совершают противоправного, бояться нечего. Им незачем нервничать. А вот те, кто был замечен, либо будет замечен в преступлениях, правонарушениях, соответственно понесут заслуженное наказание. Это однозначно. Ну а СОБР — это силовая поддержка моих сотрудников. Когда-то данный отдел насчитывал более трёхсот человек, сейчас у нас всего 222 сотрудника. Сотрудников мало, и они не всегда справляются с теми задачами, которые я им ставлю. Задач теперь очень много для них — каждый день, каждую ночь. Вот и привлекаем силы главного управления.

— Похоже, сегодня поднимаются и дела прошлых лет?

— Конечно, мы никого не оставим без внимания.

— Направленность ваших сегодняшних действий, насколько я понимаю, это борьба с организованной преступностью?

— Ну да, здесь есть организованная преступность, с которой мы стараемся справиться.

— Меня лично напрягает то, что эта борьба похожа на акцию устрашения. Говорят, людей вывозят в лес для разговора граждане в масках, врываются в дома…

— Нет, в лес — такого не было. А что касается того, что полиция врывается в дома, — так это обычные следственные действия, проведение обысков по определённым адресам, то есть у тех людей, которых мы подозреваем в совершении преступления. Они у нас все были обысканы с санкции городского суда, тут всё законно, нет никаких нарушений, мы всё делаем в рамках закона. Вам же ведь не жалуются на наши действия обычные граждане, это ведь всем известные опять же личности рассказывают, как они пострадали.

— Например, к женщине в дом с обыском ворвались, в собаку выстрелили, применили оружие зачем-то…

Реклама

— Собака бросилась на сотрудника.

— Говорят: собака на цепи была.

— Нет, собаку как раз отпустили, она бегала по двору. Сначала она отошла, а потом резко побежала на сотрудника — пришлось применить оружие, это нормально. И сотрудники не ворвались, они спокойно вошли. Там сын женщины подозревается в совершении преступления. Ещё раз повторю: тем, кто не нарушает закон, бояться нечего. Мы будем защищать их права. Мы к ним никогда не ворвёмся, и СОБР к ним никогда не приедет.

— К известному артёмовскому врачу приехали же. Перепутали подъезд, говорят. Обычная семья — и вдруг такие «гости» на пороге…

— В ходе проверки данной квартиры ранее полученная оперативная информация не нашла своего подтверждения, в связи с чем дальнейшие следственные действия не проводились. Возможно, сообщив недостоверные сведения, кто-то хотел таким образом испортить человеку утро. Сотрудники разобрались, принесли извинения и покинули жилище.

— Ещё разговоры идут, что вообще нет никакой оперативной задачи, что вся война имеет какую-то политическую подоплёку, выполняется чей-то заказ.

— Скажу так: есть государственный заказ — исполнение норм федерального законодательства в рамках Уголовного кодекса, Уголовно-процессуального кодекса, Административного кодекса. Вот этот заказ мы и исполняем, обеспечивая закон и порядок на территории района.

— Чтобы люди поняли и поддержали полицию, нужно объяснить, кого вы тут вообще ловите. Если говорить об организованной преступности, то ни для кого не секрет, что у нас тут есть «синий» след, но о других группировках после некоторых посадок вроде не слышно стало. И вдруг — такая чистка…

— Тут на самом деле много следов, не только «синий». И мы готовы объяснять артёмовцам, что происходит. Ситуация такая. Задача полиции сегодня — не только работать над тем, что уже совершено, но и профилактические меры предпринимать. Если мы сейчас вовремя отреагируем, примем законные меры воздействия в отношении нарушителей, мы убережём население от последующих незаконных посягательств на их собственность, здоровье и жизнь. Скажу просто: если мы выявим, что преступник совершает преступление, вовремя посадим его, то есть вероятность, что мы предотвратим какое-нибудь убийство, например. Преступник будет сидеть там, где надо, соответственно он избежит того, что может совершить. Мы работаем на будущее.

— Понятно, что вы трясёте настоящих и предполагаемых лидеров группировок. Фамилии их известны. Но непонятно, почему нашего коллегу по Думе депутата Вакорина полиция не оставляет без внимания…

— Мы ко всем одинаково относимся. А в отношении Вакорина было совершено преступление, он обратился к нам с заявлением. Он — потерпевший, и мы будем работать с ним. И с другими будем работать, с тем же Хитриком, если он будет потерпевшим.

— А разве Хитрик по поводу побоев и поджога машины не обращался?

— Нет. Не обращался, заявления не писал. И машину он не знает, кто поджёг.

— Ещё есть предположение, что с этими группировками завязаны местные полицейские, и именно поэтому вы вынуждены использовать СОБР.

— Не исключено, что завязаны. Мы допускаем такую возможность. Но пока конкретных фактов не выявлено, что кто-то замешан. А СОБР, как я уже сказал, работает только для силовой поддержки. Это особенность маленьких городов, где все друг другу родственники и знакомые, а потому прийти и провести нормальный обыск, поговорить в рамках закона кому-то здесь мешают родственные и дружеские связи. Поэтому СОБР и привлекаем, чтобы была силовая поддержка и чтобы ни у кого ни в чём не возникало сомнения.

— Долго СОБР здесь будет работать?

— От Екатеринбурга до Артёмовского два часа езды. Так что в любое время может приехать. Но вообще-то СОБР либо ОМОН мы будем всегда привлекать на массовые праздники. Это на случай подстраховки, если вдруг массовые беспорядки возникнут. На Дне города собровцы уже были, стояли в стороне, наблюдали, не вмешивались. И всё прошло спокойно, люди отдохнули и пошли домой. В этом, думаю, и моя заслуга есть.

— Каких результатов ждать от вышеупомянутых действий на территории АГО?

— Чего-то экстраординарного ждать не стоит. Кто-то совершает преступления, кто-то получает наказание. А у нас обычная работа по разным направлениям.

Ирина Кожевина