Истории
7 сентября 2017 в 13:22

Она считает, что сбежала из ада

Фото: Ирина Кожевина
Она сидит на вокзале, в родном для неё городе, где провела всю свою сознательную жизнь. Для неё это конечный пункт: больше ехать некуда, не к кому и незачем.

Ходит она с трудом, одета не по погоде, а на улице холодина. Так что вокзал — не худший вариант. Тем более что тут нашлись люди, которые её пожалели: накормили, дали тёплое одеяло, под ним она на вокзальных сиденьях и проспала всю ночь. Проснулась не в самом приятном настроении: туалет вроде бы рядом, но до него всё равно надо дойти. Не успела.

Вот так. В итоге жизнь может быть и такой.

Приют отца Алексея

Анна Яковлевна Калинина сбежала из дома инвалидов. Понятно, что не от хорошей жизни. Может, кто-то вспомнит сюжет, показанный весной прошлого года по НТВ, — о приюте в Екатеринбурге, который прославился, как «дом ужаса для инвалидов». Тогда вся Россия увидела, как обращается с клиентами учреждённого им приюта священник Алексей Новожилов. Собрав пять десятков беспомощных людей в одном помещении, он оставил их не только без медицинской, но и без элементарной человеческой помощи: инвалиды гнили заживо на койках, лежали на полу…

Реклама

Общественность, увидевшая этот кошмар, возмутилась, правоохранительные органы возбудились, было заведено уголовное дело. Чем всё закончилось для отца Алексея, сказать трудно. Наверное, ничем. У Новожилова была сеть подобных заведений, и они сегодня (больше года спустя!) продолжают работать.

Одно из них находится в Каменске-Уральском. То самое, из которого сбежала Анна Яковлевна.

Такой же ужас

Каменский приют не особо отличается от своего собрата в Екатеринбурге. Здесь так же невыносимо.

Шестьдесят обитателей богоугодного заведения распределены по комнатам, в каждой по пять-шесть человек. Лежачие, парализованные, те, кто могут ходить, но с трудом, живут вместе. Здание трёхэтажное, а большинство постояльцев не может даже встать с койки. Никто за ними не ухаживает — ходят друг за другом, если могут и если хотят. Медицинского присмотра тоже никакого.

— По ночам некоторые кричат от боли, но на них никто не обращает внимания. Тех, кто возникает, — бьют. Мне доставалось несколько раз — по ноге, по голове. Тут настоящий ад. Люди сходят с ума от такой жизни, их увозят в спецбольницу, а потом они возвращаются обратно.

Сотрудницу Анна Яковлевна назвала только одну: «пьяница Ольга» варит постояльцам пшёнку, перловку и ячневую кашу на воде, а ещё снимает деньги с их карточек. Сам священник Новожилов из Екатеринбурга, где он живёт, приезжает редко, преимущественно в день получки пенсии.

Приют огорожен высоким забором. Ворота на замке, вокруг дома собаки на цепях. Концлагерь, в общем.

Фото: Ирина Кожевина

Как попадают в концлагерь

Контингент здесь разный, потому что попадают сюда не только принудительно, но и добровольно.

Порой клиентов собирают буквально по обочинам.

— Человек идёт пьяный, его хватают на дороге и привозят. Забирают документы. А трезвый уже не каждый может вылезти. У кого сил хватает убежать, тот бежит.

Но иной раз люди приезжают в дом призрения, узнав о нём из рекламы.

— Придумали: в богомольной газетке «Сокровище» написали, что приют хороший. Люди с Крыма приехали, с Новороссийска, с Дальнего Востока…

Реклама

А иногда инвалидов, стариков привозят в приют родственники. И тогда возможны варианты.

Анна Яковлевна вспоминает дедушку, который «пожил в приюте всего месяцев семь», а потом его забрала родная сестра и увезла домой.

Однако большинство остаётся здесь: невыносимое тюремное заключение менять на жизнь под открытым небом больные и старые люди не решаются.

Моя собеседница попала в социальное учреждение после больницы.

— Я шейку бедра сломала. Лежала в больнице. Мне женщины посоветовали в дом инвалидов. Соцзащита приезжала в больницу, меня направили. Я сначала вообще не ходила, лежала, у меня стул был, ведро, потом потихоньку стала на коляску садиться, вставать с кровати, потом на костыли встала, кое-как научилась ходить, тросточку взяла. Сейчас одна нога другой короче на восемь сантиметров, но хожу.

У Анны Яковлевны есть сын — не родной, но она воспитывала его с пяти месяцев. Он живёт в Артёмовском с семьёй. Когда в приютах Новожилова случился переполох, его деятельностью заинтересовалась прокуратура, обитателям дома предложили в том числе обратиться к родным и близким с просьбой позаботиться об их судьбе. Сын клиентки Калининой не откликнулся.

Побег

Ну вот, дней десять назад она решилась на побег. Одна, конечно, она просто физически уйти бы не смогла. Беглецов было шесть. Они вскрыли деревянный «сейф» с документами, вырыли яму под забором, убили одну собаку, вылезли наружу и, забросав «место преступления» травой, скрылись в лесу — благо, он находится в двух шагах от дома. Там провели неделю, пока не поняли, что никто их особо не ищет.

Потом она несколько километров шла до станции.

— Жарко было, потихонечку шла. Отдохну да снова иду — возле домов частных.

Затем два дня жила на каменском вокзале. Там, говорит, было лучше: в туалете есть горячая вода, так что можно помыться, если что. На поезд до Егоршино её посадили полицейские.

И вот она здесь. Только зачем приехала — не знает. Чего хочет, ответить не может. Сидит под одеялом и ждёт, когда кто-нибудь решит её дальнейшую судьбу.

Дальше

Впрочем, одна мечта у Анны Яковлевны есть. Когда-то у неё был дом, который сгорел дотла. Потом она скиталась по разным углам и стояла в очереди на жильё. Если бы не попала в больницу, жизнь её, конечно, сложилась бы по-другому. Надежд на получение полноценной квартиры у неё практически нет, но женщина об этом и не мечтает.

— Мне квартиру не надо, мне бы комнатку в семейном общежитии, чтобы до смерти дожить. В общежитиях же полно свободных комнат…

И эта мечта — получить какое-то не слишком благоустроенное, но отдельное жильё, наверное, выполнима, поскольку маневренный фонд в АГО есть. Но ведь кто-то в этом случае должен хлопотать за неё. Кто?

А пока вместе с депутатом-коммунистом Котловой (именно Екатерине Ивановне пришлось решать, что делать с беглянкой, — она её увидела и не смогла пройти мимо) мы собираем Анну Яковлевну в дорогу. Покупаем ей памперсы, тёплую жилетку. За бельё и носки владелец магазина «Семейный» денег не берёт — от этого жеста у нас теплеет на душе.

Фото: Ирина Кожевина

Как и от вполне сердечного отношения подъехавшей сотрудницы управления соцполитики, которая помогает Анне Яковлевне переодеться. Мы вручаем ей судьбу нашей временной подопечной.

Анна Калинина отправляется в обратный путь — в Каменск-Уральский, только не в частное заведение Новожилова, а в государственное учреждение временного пребывания. Полгода она проведёт там.

Комментарий

Галина Брониславовна Рукавишникова, заместитель руководителя управления социальной политики по Артёмовскому району:

— Анну Яковлевну Калинину наши сотрудники хорошо знают. В своё время именно мы занимались её жизнеустройством. Её сначала направили в отделение временного пребывания Комплексного центра социального обслуживания населения Байкаловского района, а затем определили в центр социальной адаптации для лиц без определённого места жительства в посёлок Лебяжий Каменского района, где она находилась несколько месяцев, пока оформлялась путёвка в дом-интернат. Когда путёвка пришла, Анна Яковлевна собственноручно написала заявление об отказе. Специалистами управления и Комплексного центра социального обслуживания населения Артёмовского района были приняты меры по её жизнеустройству, но она сама выбрала свой путь.

Сегодня сотрудники Комплексного центра социального обслуживания населения Артёмовского района перевезли Анну Яковлевну в центр социальной адаптации для лиц без определённого места жительства в посёлок Лебяжий Каменского района, где она сможет находиться до времени получения направления в другое государственное учреждение для постоянного пребывания.

Ирина Кожевина
Реклама