Истории

Где встречаются кузнец, иконописец и русской армии боец «Покровский рубежЪ» глазами гостей, организаторов, добровольцев и реконструкторов

Так закрутилась временная ось на фестивале «Покровский рубежЪ-2021», что соединила в одном пространстве солдат Красной армии и рыцарей Европы XIV века, офицеров Первой Мировой и стрельцов периода становления Российской империи, жителей Новгорода XI века и медиков Великой Отечественной, спортсменов по историческим средневековым боям и современных художников. А потому в пространстве п. Кислянка с 5 по 11 июля «зашкаливало» от культурно-исторических смыслов и символов, а в умах и сердцах гостей события — от впечатлений и эмоций. Чтобы событие произошло, руководитель проекта О. Н. Фатеев, многочисленная команда артёмовских добровольцев и, конечно, доки и энтузиасты военно-исторических клубов и других объединений уральского региона трудились, без преувеличения, целый год. Вот что в итоге увидели зрители.

Дали круг 10 км и вышли к зрителю

В кузове — Алексей Заславский, руководитель ВИК «Солдатскими дорогами». Фото: Оксана Бережная
Владимир Кудояров. Фото: Оксана Бережная

Многие идеи фестиваля за его шестилетнюю историю этим летом реализованы впервые. Читатели «ВБ!» уже узнали, как прошла первая литургия «Покровского рубежа», какими интерактивными площадками пополнилась территория будущего исторического парка, чем запомнятся полевые сборы «Школы молодого реконструктора» её участникам. Ещё один эксперимент коснулся реконструкции операции «Багратион». В каком особом формате воссоздавали бой, рассказал Алексей Заславский, руководитель ВИК «Солдатскими дорогами»:

— Обычно тактику мы проводим в первой половине дня, потом перерыв, обед и дальше реконструкция для зрителей. В этом году в 9 утра солдаты ушли в леса, боевые действия длились там до двух часов дня. Мы круг такой дали по лесам, километров 10. А выход из тактики и был финал, который увидели зрители. Реконструкция для зрителей стала как последний бой в той тактике, которую мы вели. Чтобы солдаты — уставшие, грязные — выглядели правдоподобно. Сегодня воспроизводили эпизод, когда Красная армия выбивала немецкие части с территории Белоруссии. Та часть, которая была разгромлена сегодня, попала в окружение: мы их зажали и с той, и с другой сторон. И ни один фашист не ушёл от возмездия.

К слову, если говорить не о фашистах, а об историках, представивших на фестивале учебный полигон армии вермахта, то, конечно, это исследователи и знатоки высокого уровня, которые были готовы делиться своими личными историческими открытиями со всеми любознательными гостями.

Почувствовал, что за спиной — Родина

Участниками реконструкции 1944 года стали и подростки, прошедшие курс «Школы…»  — те, кто «проявил себя максимально собранно и боевито»:

— В разведке было 5 человек, и в других подразделениях были миномётчики, связисты, и т. д. В течение недели ребят готовили, обучали. У нас реконструктор есть, который прошёл войну на Северном Кавказе, и ему было чем поделиться. Или Владимир Кудояров проводил с детьми занятия по рукопашному бою, знакомил с ведением разведывательных действий (средствами маскировки, плавного передвижения по лесу), стратегиями. И действовали они в полном объёме — как взрослые реконструкторы.

Валера Шашев. Фото: Оксана Бережная

А вот что сказал один из таких бойцов за день до реконструкции. Валера Шашев из ВИК «Покровский рубеж» заметил, что хоть и не волнуется перед боем, но чувствует себя «в роли своего деда, других родственников, которые ощущали на себе всю атмосферу войны»:

— Я уже понял, что ему было очень трудно и страшно осознавать, что он идёт на верную смерть и у него за спиной его Родина. В тактике я и мои товарищи будем в роли разведчиков.

А ещё юный собеседник заметил, что все ребята, «кто первый раз на полевых сборах», «офигевают» от масштабов происходящего и что не всем удаётся ходить в сапогах: «не у всех ещё есть портянки, поэтому многие ходят в кроссовках».

Санчасть — здесь бинтовали раны, принимали решение по тактике оказания помощи: чем качественнее санитар определит характер ранения, тем лучше в медчасти будет оказана помощь. Фото с сайта «Школы молодого реконструктора»
Для «Школы молодого реконструктора» артёмовский врач Андрей Беляев провёл лекционно-практические занятия: рассказал о роли медицины во время ВОв, познакомил с основами определения типов ранения, основами накладывания жгутов, бинтования, оказания первой медпомощи. Фото: Оксана Бережная
Эдуард Шадрук из клуба «Солдатскими дорогами» (слева) рассказал, что в караульной службе всё новые условности появляются, «чтобы исключить случайный выстрел». Эдуард Сергеевич занимался и Ранним средневековьем, и периодом II Мировой, а вплотную заняться в будущем году, ещё не решил. События Гражданской войны реконструктору интересны, в частности, тем, что могут открыть что-то новое о судьбе рода Шадруковых. А от второй темы «фанатеют все реконструкторы»: «Это оборона польского замка Осовец в I Мировую. Когда примерно 60 человек перебили 200 немцев. 2 крепости наши сдали без боя. А рота под командованием подпоручика Котлинского дала отпор… На третий день немцы решили задать по ним хлором. Первые фланги снесло. Газ рассеялся, вдалеке пулемёт постреливал, но это ерунда была. А оказалось, из трупов встало человек 60 и, окровавленные, потому что хлор сжигал всё, перемотанные тряпками, они пошли бить немцев. Я бы сам испугался, если бы на меня восстали из трупов люди. На самом деле страшно, когда знаешь, что умрёшь всё равно, но двинуться в атаку. Не дай бог кому-нибудь это почувствовать». Фото: Оксана Бережная

Царь, вера, семья. И безопасность рода

Впечатляют не только масштабы события. Та интеллектуальная система координат, в которую каждый год приглашают гостей фестиваля историки-реконструкторы, тоже удивляет — реалистичными подробностями.

Руслан Хамидуллин, руководитель филиала ВИК «Бирские стрельцы» из республики Башкортостан, заметил, что «заниматься реконструкцией надо для того, чтобы понимать разницу между мифологией и знаниями»:

— Скажем, нашего национального героя Салавата Юлаева изображают в малахае с двумя лисьими хвостами, а на самом деле это сценический башкирский головной убор, модель которого создана в XX веке. Или тот облик стрельца, который мы видим, к примеру, в комедии Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию», к Ивану Грозному отношения не имеет.

А имеет отношение этот облик к 1667 году, когда Алексей Михайлович издал указ об основании города Бирска, а стрельцы из Уфы стали первыми его жителями. Историк рассказал, что кроме реконструкции второй половины XVII века, в том числе Бирского стрелецкого войска, клуб реконструирует периоды Великой Отечественной войны, I Мировой войны, а также Ранее средневековье и — возрождает башкирское кочевье. И в каждом периоде историческая правда восстанавливается, начиная с предметов быта, образа жизни (например, сейчас идёт работа над костюм кочевника, а войлочную юрту, сделанную только на кожаных ремешках, реконструкторы уже готовы показать зрителям),  и заканчивая пониманием жизненных ценностей:

— Почему, например клич у стрельцов «Царёв-царёв!», а не как у казака «Гой-гой!» — «воля-воля!»? Потому что стрельцы это царёвы люди, для них наперво — служба государству. Второй постулат — приверженность православию, потому что стрелец, даже если он инородец (а там были и башкиры, и черемисы, и люди любых национальностей), обязательно это православный человек, потому что в бою должны быть единоверцы. И третье — стрельцы занимались семейным хозяйством. То есть получается три принципа — царь, вера и семья. А у башкирского кочевника самое главное род и семья, безопасность рода и семьи.

Руслан Хамидуллин. Фото: Оксана Бережная
Стрельцы питались просто — ели кашу, пили безалкогольный настой на травах — сбитень. А кухня XVII века в целом очень интересная, говорит Р. Хамидуллин: «Там не было картошки, помидоров, подсолнечного масла, а были оливковое масло, лимоны, рис, капуста, свёкла, репа. Были различные способы обработки заранее приготовленного мяса. Например, обжаривались куски мяса в котле и делался кавардак (тюркское называние): укладывался в глиняные бочоночки, заливался коровьим жиром и это всё хранилось — холодильников-то не было. Кавардак был куриный, мясной и даже рыбный. Очень вкусные рыбные оладьи: тесто готовится как на рыбные оладьи, берётся белорыбица, зелень, всё это перемешивается, выпекаются оладьи. Фото: Оксана Бережная

Шить, ковать и правильно ронять «шкафы»

Занимаясь реконструкцией, дополнила участница клуба «Бирские стрельцы» Юлия Ярыжнова, «дети учатся правильно, уважительно обращаться с оружием, понимая, что оно нужно не для нападения, а для обороны». Юлия по основному роду деятельности — преподаватель и финансист, а в клуб (вместе с мужем и дочерью) пришла вслед за сыном, которому помогала шить костюм. И считает, что навыки из современной жизни в реконструкции очень помогают. А бывает и наоборот, как у Никиты Никифорова из «Конфедерации Госпитальеров», который освоил ремесло после вступления в клуб:

— Изучаем XIV век плюс-минус 50 лет: по этому времени достаточно источников и рисунков, и доспех на этот век собрать проще, чем кольчуги, которые долго плетутся. Латы у нас из калёной стали. Работаю на заводе каменщиком, а после завода я кузнец. Получилось это так: пока занимался реконструкцией, решил создать себе доспех, чтобы сэкономить — у студента денег немного, пришёл в кузницу помогать. Благодаря клубу научился кузнечному делу, шить, стал в себе более уверенным. Это вот я сейчас одетый такой большой кажусь, а на деле 68 кг вешу. В основном все побольше меня, со шкаф, но любой шкаф падает, главное научиться его правильно ронять. Конечно, для участников клуба «КонГо» важны честные хорошие бои, товарищество, у нас все друг за друга, хорошие люди.

Никита Никифоров из клуба «КонГо». Фото: Оксана Бережная

Алексей Большаков из Тюменского отделения «КонГо» (этап Всероссийских состязаний по историческим средневековым боям в п. Кислянка для парня первые соревнования) добавил, что в этом виде спорта «тренируется борьба, выносливость и удар»:

— Исторический Средневековый бой это официальный неолимпийский спорт, а потому должен быть костюм, на его подготовку уходит много времени. А на тренировках отрабатываем техники работы с оружием: для этого есть так называемая «балда» — металлический манекен. Из орудий есть, например, полуторный топор: с ним можно одной рукой работать, а другой орудие соперника перехватить. Есть алебарда — это страшная штука, одним ударом человека можно сложить. Но зато, если за мечи нельзя хвататься, то за её древко можно схватить и начать бить кулаками, и соперник уже ничего не сделает. Хотя, есть разные техники и в этом случае — можно вырываться, выкручиваться.

Этап Всероссийских соревнований по историческим Средневековым боям. Фото: Оксана Бережная

Шить для воина — нормальное явление

За мужским делом — починкой костюма артиллериста армии Наполеона 1812 года — попал в фотообъектив и Егор Мазур из клуба «Серебряный единорог». В боевых действиях, объяснил респондент, часто что-то рвалось, и заниматься шитьём, ремонтом одежды для воина того времени — нормальное явление. Жарко летом в такой форме, но в одежде наполеоновской армии «ориентир был больше на красоту, а не на удобство и безопасность». И отряды в бой закидывали «пачками», зато — красиво. Трудно передать, сказал Егор, что чувствует солдат того времени, «потому что пару дней мало, чтобы влиться в полной мере в ту роль, но, в любом случае, участие в реконструкции это почётно».

После боя артиллерист армии Наполеона 1812 года чинит свой костюм. Фото: Оксана Бережная

Как Емельян Пугачёв, только в Шотландии

Ещё один представитель клуба «Серебряный единорог» — Александр Акулов, челябинский художник (с 12 лет — иконописец), ювелир и социальный работник при церкви, знакомил гостей фестиваля с предметами гардероба и военного костюма разных исторических периодов. А «ВБ!» рассказал, чем увлечённые челябинцы занимаются в свободное время:

— У нас есть ретро-клуб «Чумадан», мы «чумашедшие» в какой-то мере. В основном занимаемся гражданской реконструкцией. Но если надо, то мы и военные тоже, а раз там в основном женщины, то — сёстры милосердия: если надо, то пойдут воевать. У нас в Челябинске проводится много своих фестивалей. И по стране ездим. Моя любимая тема — 17 век: там могу много что найти как художник. А потом спроектировать костюм, выбрать цветовую гамму, покрасить ткань, вышить золотом… У нас ведь есть швейная мастерская, где мы ещё костюмы золотом вышиваем. Ещё и ткём, и красим нитки, и вышиваем жемчугом.

Художник Александр Акулов. Фото: Оксана Бережная

Поскольку в клубе есть женщины, продолжил художник, для них надо ещё и украшения делать:

— Раз они вышивают, они должны красиво выглядеть во время вышивки. Вот вышивают они для солдат 40-х годов кисеты, разные сухофрукты заготавливают солдату к фронту. Естественно, перед тем, как вышивать, они себе красивые причёски, укладки делают, платья шьют… Я бы здесь, на фестивале, всех девушек причесал, заплёл, отобрал бы у них резинки для волос, а дал бы им ленточки… Потому, если мы изучаем фотографии 40-х, даже фронтовые, мы видим, как они себе завивку делали или косы уложили, чтоб они не мешали. Или как они из-под беретика достали свои локоны. Вначале, в 39-м году, у них так всё на лоб натянуто, потому что они боятся войны. И как у них эти береты в 44-45 году вот так надеты.

С не меньшим воодушевлением, чем про «кружавчики, шнурочки, туфельки, калошики», Александр рассказал о том, как писал икону военоначальника Фёдора Трирона: и чтобы лик узнали, и что-то уральское привнести. И об особенностях социальной службы. И о том, что в рядах «Серебряного единорога» есть команда, которая занимается съёмкой фильмов — художественных, документальных:

-Мы уже три года снимаем фильм (режиссёр — руководитель нашего клуба Алексей Воронов) про Шотландию, про борца за справедливость. Это авантюрист Роберт Рой Макгрегор, своего рода Робин Гуд, Емельян Пугачёв, Салават Юлаев, но только в Шотландии. Это романтическая и глубокая тема и это перекликается с тем, что мы изучаем по XVII веку в России. Мы ведь в клубе обращаемся и к петровскому времени, и к теме I Мировой, и Великой Отечественной, и другим периодам.

Почувствовать всю энергетику наяву

Ноту благородства в общую атмосферу фестиваля внесли и участники «Покровского рубежа» из клуба «Горный щит». Стать офицеров I Мировой проявлялась во всём — в походке, манерах общения, содержании бесед. Даже вне интерактивных площадок (с аутентичным интерьером, уникальными подробностями из жизни бойцов Российской императорской армии) и поля боя реконструкторы оставались в образе — это производило особенное впечатление.

Солдаты I Мировой. Фото: Оксана Бережная

«ВБ!» поинтересовалась у волонтёров из «Школы молодого реконструктора», каким они увидели эпизод Брусиловского прорыва — наступления русских армий Юго-Западного фронта в 1916 году. Общее мнение выразила Арина Зотова, которая оказалась под большим впечатлением от реконструкции:

— Это было настоящее сражение. Оно было интересным и захватывающим. Раньше я это видела только в кино и читала в книгах, а теперь мне удалось почувствовать всю энергетику боя наяву.

VI военно-исторический фестиваль «Покровский рубежЪ»» состоялся при поддержке Фонда президентских грантов и Российского военно-исторического общества.