Почему при таких обстоятельствах Максим Демашин попал под столь немягкую статью пресечения, как домашний арест, непонятно. Почему таким запутанным оказалось дело — пришлось опросить 25 свидетелей, проводить очные ставки, тоже неясно. Но почти два месяца депутат провёл в электронном браслете, не выходя из дома, выезжая за его пределы только для участия в следственных действиях.
И вот в первый день августа суд снова размышлял, можно ли Максима Демашина отправить, например, под подписку о невыезде или под запрет определённых действий, как на этом настаивала адвокат Эльза Коростелёва. Или нет — в чём категорически были уверены следователь СК Александр Воробьёв и поддерживающий его представитель прокуратуры.
В ходе выступлений выяснилось, что следователь с прокурором опасаются: получив другие возможности, большую свободу действий, Демашин может уничтожить какой-то ненайденный документ, повлиять на свидетелей, создать ложные доказательства. Но тут же выяснилось, что таинственный документ обвиняемый может предоставить (и предоставил) прямо в зале суда. Что касается влияния на свидетелей, то трудно не согласиться с Демашиным: там свидетели такие, что даже предположить, какой при этом должна быть степень его влиятельности, сложно. Бывший директор «Нашего дома» Николаев, нынешний директор Поваренных, председатель Счётной палаты Авдеев — все они долгое время носили погоны: ФСО, полиции, ФСКН. За юристом Пономарёвой стоит целая городская администрация. Заставить их изменить своё мнение, наверное, весьма затруднительно. Да и вообще, по этаким основаниям можно всех, кто попал под следствие, без разбору сажать под домашний арест.
Сам Максим Демашин попросил учесть его положительные характеристики и семейные обстоятельства. И заявил, что у него, в отличие от вышеназванных свидетелей, нет возможности пользоваться административными рычагами. Помимо всего прочего, напомнил он, к нему была применена такая же мера пресечения, как, например, к Геннадию Виноградову, обвиняемому в убийстве, в организации банды, что едва ли адекватно тому, в чём его обвиняют. Адвокат назвала применение в данном случае домашнего ареста и незаконным, и необоснованным. «Следствие и прокурор очень формально отнеслись к решению вопроса», сказала она, они не доказали, почему мера пресечения должна быть именно такой. И попросила исходить из реальных фактических данных, представленных в ходе следствия, а не придумывать какие-то собственные интерпретации. Тем более, что следствие подходит к концу, Демашину уже предъявлено обвинение.
Тем не менее судья решила меру пресечения не менять, оставить Максима Демашина под домашним арестом ещё на один месяц.