Архив
22 сентября 2011 в 9:12

Казаки — не разбойники?

Разговоры, а также какие-то действия по созданию казачьих формирований время от времени возникали в обществе, но всё это было как-то далеко от нас. Даже те, что организовывались в нашем городе, как-то быстро распадались, и о них по сути нечего было и говорить. Но события в Больше-Трифоново неделю назад заставили вернуться к этому вопросу.

Сразу обозначу свою точку зрения: формирование казачьих сообществ у нас на Урале сегодня вызывает по меньшей мере недоумение. Если бы это были землячества, в которых объединились потомки казаков, выселенных с мест коренного проживания в годы сталинских репрессий, — это одно. Понятно, что в их семьях сохранились какие-то воспоминания, традиции прежней родины, которыми хочется поделиться. Но формировать станицы из людей, которые не знают ни истории казачества, ни обрядов и обычаев, да что там — форму-то в глаза не видели…

Давайте вспомним, кто такие казаки и откуда они взялись.

В Российской империи было 12 казачьих войск, плюс к которым отдельный казачий полк в Якутии. Все они располагались по границам государства и являлись, сказать по-современному, своеобразной подушкой безопасности между Россией и соседними государствами или национальными окраинами, недавно включёнными в состав Российского государства. Это были по сути вооружённые крестьяне, проходящие постоянно воинское обучение, могущие в случае опасности быстро собираться в мобильные войсковые формирования. Причём конные формирования. В случае войны они подлежали мобилизации и составляли в армии конницу. В мирное время казаки, призванные на срочную службу, несли конвойную и внутреннюю службу — участвовали в подавлении беспорядков на территории всей огромной империи.

Реклама

Так для каких целей создаются казачьи станицы внутри страны, далеко от границ? Помнится, во время обеих чеченских войн в 90-е годы прошлого века кубанские, терские, ставропольские казаки, которые жили там всегда, обращались к руководству Российской Федерации с просьбой создать свои вооружённые формирования, чтобы быть защищёнными от беспокойных соседей-кавказцев, но им было отказано в этом. Сейчас — едва ли не готовы вооружить казаков в глубине России.

К слову, казачество — это ведь не партийная или иная принадлежность к организации. В него не принимали по заявлению с испытательным сроком, например. Казачество — это сословие, сложившееся веками. Приведу такой пример: легендарный комкор Первой конной, потом маршал Советского Союза С.М. Будённый, родившийся в донской станице и достигший всех степеней отличия на службе в кавалерии, в том числе и в казачьей, казаком не являлся. Он считался ИНОГОРОДНИМ. А тут — казаки на Среднем Урале…

Если сегодняшняя власть пытается решать таким образом национальный вопрос, то и в этом случае не прослеживается логики. Казаки никогда не считали себя русскими: прочтите ещё раз внимательно шолоховский «Тихий Дон». Православными — да, русскими — нет. В казачество было записано множество принявших православие калмыков, бурят. Ещё! Казаки, жившие на национальных окраинах, охотно роднились с соседями другой национальности. Вспомните, что самый известный в литературе казак Григорий Мелехов был на четверть турок: бабушку-турчанку привёз дед Прокофий из похода. И сами казаки называют себя попросту КАЗАРА, что наводит современных исследователей на мысль, что первыми предками казаков было племя хазар, обитавшее в причерноморских степях тысячу лет назад. Это уже потом беглые крепостные крестьяне из Руси и Польши стали пополнять немногочисленные отряды кочевников и именоваться вольными казаками. Так что противопоставить русских казаков нерусским народам и народностям — это идущая вразрез с историческим прошлым недальновидная и опасная политика. Хочется надеяться, что наши казаки это понимают.

На такие вот мысли наводит инцидент, который случился 14 сентября с артёмовскими казаками. Может быть, наши казачьи атаманы или какие-то идеологи создания казачества смогут развеять эти сомнения?

Анатолий Корелин