Немного предыстории. Хотя кто ж её не помнит?
Ещё раз напомним суть спора, за разрешением которого следило большое количество артёмовцев и ещё большее — буланашцев.
Год назад, 24 января 2025 года, суд по иску природоохранного прокурора наложил вето на эксплуатацию полигона твёрдых бытовых отходов, арендуемого ООО «ЦКУ».
Почему, снова объяснять не будем — писали уже много раз, в том числе подробно о том, какие аргументы принял во внимание судья, запретивший в прошлом году работу артёмовской свалки.
Главное тоже знаете. В соответствии с судебным решением работа на полигоне должна была остановиться 26 декабря 2025 года. Однако полигон работал и работает. Исполнительное производство также было возбуждено, но приставы бездействуют.
Отчего?
А вот теперь давайте о том процессе, который состоялся на прошлой неделе.
Решение вроде бы приятное, аргументация — странная
Понятно, что инициатором нынешних разбирательств было ООО «ЦКУ», в судебном порядке потребовавшее остановки исполнительного производства.
Были ли у компании основания для этого? Пожалуй, да. Судя по пресс-релизу суда, представитель Центра клиентских услуг в зале заседаний заявила, что полигон включён в официальную схему потоков твёрдых коммунальных отходов (ТКО) до 1 июля 2026 года, а альтернативных мест для размещения мусора в районе нет. Также она ссылалась на изменения в федеральном законодательстве, допускающие работу таких объектов до 2028 года.
Доводы эти, в общем-то, весомые. Возможно, это только кажется, но, на наш взгляд, нахождение буланашского полигона в официальной схеме потоков свидетельствует о позиции областной власти, которая пока не очень-то понимает, что делать с нашим мусором, когда он вырвется на свободу.
Отсутствие мест на нашей территории, куда мы хотя бы временно могли разместить отходы, говорит о том, что и городская власть не очень-то готова к этой мусорной революции. Ну и изменения в законодательстве, собственно, сообщают нам, что по всей России ситуация одинакова — примерно такая же, как у нас.
Однако 5 февраля суд решил не останавливать исполнительное производство, то есть подтвердил, что свалку нужно закрыть немедленно. И это, конечно, радость для тех, кто долгие годы пытался добиться именно вот этого — запретить полигон, который мешает им жить.
Но вот аргументация при этом была, скажем так, странной. Вынося своё решение, суд использовал формально-юридический подход. Если менее толерантно: совершенно бюрократический подход. То есть он сделал акцент исключительно на формальных аспектах: решение останется таким, потому что оно вступило в силу, его не отменили, заявитель не доказал предусмотренных законом оснований (объективной невозможности исполнения). То есть суд проверил не справедливость или целесообразность решения, а строгое его соответствие процедуре и закону. Что, конечно, приемлемо, но как-то не очень, правда?
Впереди ещё один суд. На чаше весов — федеральный закон
Ну и вообще: кричать «Ура!» пока рано. По крайней мере, до решения следующего суда, который состоится 18 февраля. Там речь уже будет идти не о приостановлении исполнительного производства, а об отсрочке или рассрочке исполнения постановления суда. И, думается, там не однажды будет упомянут федеральный закон, который точно не просто так поменяло российское правительство.
А пока директор ЦКУ Денис Вахрушев, похоже, решением суда от 5 февраля слегка обескуражен. Но говорит, что в любом случае будет подавать апелляцию. Комментируя случившееся, он утверждает, что такое положение дел не только его предприятие не устраивает (что нас не очень волнует), но и для города, в общем-то, станет испытанием ну очень серьёзным (а вот это уже волнует — и сильно). Не готова инфраструктура городская к такому повороту в мусорных делах, считает Денис Владимирович.
К примеру, на территории АМО нет места для организации перегрузочной станции. И даже если площадку сейчас для такой станции определят, когда её ещё подготовят. К тому же деньги на это уйдут немалые — есть ли они в бюджете? Закрытие свалки и перенаправление потоков, полагает директор ЦКУ, будет большой нагрузкой как для «Спецавтобазы», которая повезёт ТКО в соседний район, так и для населения, которое ощутит перемены на своих кошельках.
Придётся раскошелиться и муниципалитету — особенно в весенне-осенний период субботников и обрезки всякой-разной растительности: теперь это его дело — куда-то распихивать мусор подобного типа.
Ну, а что делать промышленным предприятиям Артёмовского, если сейчас свалку закроют, вообще непонятно. «Спецавтобаза» работает только с ТКО, промышленные отходы она принимать не будет. Куда наши промышленники повезут свой мусор, непонятно.
Решения нет от слова «совсем». Положить у цеха не получится
На самом ли деле всё так плохо, мы спросили у генерального директора «Вентпрома» Павла Вяткина. Оказалось, что да, всё именно так. На вопрос, является ли проблемой закрытие артёмовской свалки, Павел Владимирович ответил:
— Если это случится, мы вообще не знаем, куда будем размещать свой мусор. Я ещё в декабре лично задавал вопрос профильным министрам: куда я завтра должен отвезти свои отходы? Мы созвонились с Ирбитом, с Режом. Они говорят: ваши объёмы не входят в наши объемы размещения, мы ваш мусор просто не примем.
— И никакой маршрут вам не предложили?
— Вообще никакой. Решения пока нет от слова «совсем».
На полигон завод вывозит только то, что не может сдать на вторсырьё, «то, что ни один утилизатор не принимает». Таких промотходов достаточно много: «Каждую пятницу дежурный рейс отвозит на полигон то, что за неделю намусорили, это машина, иногда больше».
И такая же ситуация у других артёмовских производств.
Есть ТБО и есть ТПО, поясняет директор «Вентпрома». И если ТБО можно увезти к соседям, то ТПО там не разместить. Есть лимит на размещение отходов, который определяет Минприроды, привязывая утилизацию к конкретному месту с координатами. В конце года предприятие отчитывается, сколько сдало отходов, а полигон сдаёт свою отчётность — сколько принял. И не дай бог, если эти цифры не сойдутся: штрафы завод ждут серьёзные, сотни тысяч рублей.
— При всех плюсах от закрытия полигона я говорил администрации и об этом конкретном минусе: не забывайте, что у нас есть промышленные предприятия, и, если принято решение закрывать полигон, ткните нам пальцем, куда везти. А сейчас что? Закроют шлагбаум на свалку. Понятно, что я человек ответственный и не смогу куда-нибудь в лес вывезти мусор. И куда его девать? У себя на территории тоже не могу складировать, нужна отдельная лицензия для хранения таких отходов. А они должны быть размещены, как только появятся. Вот приедут ко мне, спросят: «Куда дели?» «Да вот, тут возле цеха положил». И начнётся… Очень серьёзный вопрос.
Мы делаем доброе дело. Но это — палка о двух концах
Сергей Карабатов, заместитель главы АМО, курирующий вопросы ЖКХ, поначалу довольно гладко объяснял «ВБ!», куда мы повезём отходы после закрытия полигона.
— Есть территориальная схема Свердловской области. В схеме все полигоны, все объекты, которые занимаются обработкой отходов. Наш полигон тоже был в ней, но сейчас принято решение суда. Думаю, его вот-вот закроют. И согласно схеме планируется перенаправление потоков мусора на близлежащие полигоны. У нас попадает под все условия Ирбит. Соответственно, «Спецавтобаза» должна будет собирать мусор у нас в городе и вывозить его в Ирбит.
Конечно, это повлечет за собой увеличение тарифа на транспортировку мусора — плечо становится больше.
Об упоминаемой ЦКУ перегрузочной станции вблизи Артемовского замглавы тоже говорит, как о необходимой перспективе. По ГОСТу, поясняет, перегрузочная станция — это площадка, на которую мусор привозят «маленькие машинки, которые бегают по городу и собирают мусор из контейнеров». На площадке эти небольшие мусоровозы перегружают собранное содержимое в большие машины либо переваливают в контейнер. И, когда мусора наберётся нужное количество, его везут до места назначения.
Но дело, конечно, в том, что перегрузочной станции у нас пока нет, однако «Спецавтобаза» вроде бы уже вышла с предложением присмотреть для неё участок. Строить перегрузочную станцию, то ли предполагает, то ли утверждает замглавы, будет «Спецавтобаза» — с целью минимизации своих расходов. Муниципалитет такого строительства не потянет. Будет ли «Спецавтобаза» ещё и содержать, обслуживать предположительно построенную ею площадку, пока тоже неясно.
А вот о вывозе промышленных отходов наш собеседник говорит совершенно определённо: это действительно проблема.
Самый ближний полигон, работающий с промышленными отходами, находится в Полевском. Это, на секундочку, под 200 км расстояние и 3 часа езды в одну сторону. Дороговатое удовольствие для наших промпредприятий. В планах строительство кластера поближе, в Пышме, но когда он построится — неизвестно. По предположениям — не раньше конца 2027 года. В общем, как поясняет Сергей Карабатов, «пока по промышленным отходам вопрос открыт». На недоумение «И что делать нашим производствам, если полигон закроют уже 19 февраля?» отвечает: «Промышленные предприятия могут же какое-то время у себя подержать отходы».
Не могут. Сказал же директор машзавода Павел Вяткин: запрещено, наказаны будут за это.
— Конечно, это палка о двух концах, — в итоге признаёт заместитель главы. — Да, мы закрываем полигон, да, мы вроде доброе дело делаем для людей — источник опасности, запаха, нечистот закрывается, но куда теперь всё это везти? И сможет ли весь объём мусора «Спецавтобаза» своевременно вывозить?
И этот вопрос тоже не праздный. После закрытия полигона придётся увеличить количество работающего транспорта — тех самых маленьких машинок-сборщиков мусора. Поскольку при отсутствии перегрузочной станции именно им пока предстоит возить мусор в Ирбит.
Резать всегда надо, не дожидаясь перитонита
В общем, как бы мы ни поддерживали борцов за хорошую экологию и чистый город (правда — со всем пониманием и от всей души), приближающееся 18 февраля, пожалуй, нас не только радует.
И вот что в этом смысле удивляет. Ведь 2025 год был дан не только ООО «ЦКУ» и его директору Денису Вахрушеву, чтобы была проделана какая-то работа, но и муниципалитету, чтобы подготовиться к новой реальности. И, если Вахрушев каким-то образом игнорировал решения суда, он за это заплатит.
Но почему мы-то должны платить за чью-то то ли беспечность, то ли беспомощность, то ли нерасторопность?
Платить из своего, да и из муниципального кармана — плохо верится в альтруизм «Спецавтобазы», которую сегодня сверху поддерживают совсем не так, как раньше. Ей же непросто придётся, понятно же, и это непросто она точно переложит на наши плечи. Ну, а мы, понятное дело, не захотим мусорного коллапса…
Неужели неясно было, что всё будет именно так? Что на самом-то деле любой переход, тем более ожидаемый, должен быть плавным, постепенным и поэтапным? Что резать всегда надо, не дожидаясь перитонита, а перегрузочную станцию строить вчера, чтобы сегодня было где перегружать? Что ездить по министерствам и отрабатывать маршруты вывоза мусора для промышленных предприятий — это тоже дело не только самих предприятий, хотя бы уже потому, что они платят налоги на нашей территории?
Но давайте вернёмся к решению суда от 5 февраля. Помните, что нас напрягло? Отсутствие на суде таких понятий, как справедливость и целесообразность. Хотя, если честно… По справедливости-то свалку действительно нужно закрыть прямо сейчас. По целесообразности же… Какое уж тут «Ура!».
