Подробности

Отправить главу в отставку? Смелое решение, особенно накануне голосования по Конституции

Фото из архива «ВБ!»
Первое же заседание думской комиссии, проведённое после вынужденных депутатских каникул, взволновало артёмовских граждан: в очередной раз речь на нём зашла об отставке главы.

Рассматривали ту самую злосчастную декларацию, где дом Андрея Самочёрнова выглядит не таким, каков он на самом деле.

Декларация подана год назад — в 2019-м. Напомним, что в ней не так. Там в качестве недвижимого имущества указан дом размером 25 квадратов. Фактически же на этом земельном участке стоит новое двухэтажное здание — не огромное, конечно, но всё же значительно больше.

Недоброжелатели, обнаружив это несоответствие, сообщили о нём в областной департамент противодействия коррупции. Департамент подтвердил, что сведения, представленные в декларации, неполные, но решение не вынес. Решать, насколько всё серьёзно и какого наказания заслуживает глава, — зона ответственности местных депутатов.

Это Думе объяснил и Артёмовский городской прокурор Алексей Сидорук.

На заседании комиссии по местному самоуправлению, нормотворчеству и регламенту, состоявшейся 11 июня, присутствовало семь депутатов из девяти (М. Угланов, А. Пестовский, А. Соловьёв, К. Трофимов, П. Вяткин, А. Малых, Г. Виноградов). Не было только Т. Петровой и Д. Сухарева.

Выписку из протокола заседания комиссии департамента обсуждали заинтересованно. Кто-то из депутатов посчитал, что этот вопрос на Думе нужно рассматривать вместе с отчётом главы Артёмовского городского округа, что это вопросы взаимосвязанные.

Но победило другое мнение: народные избранники решили вынести обсуждение на ближайшее думское заседание. Письмо поступило ещё в январе, с тех пор решение всё откладывается. А ведь оно судьбоносное — и для Андрея Самочёрнова, и, наверное, для округа.

Чтобы вопрос появился в повестке Думы, комиссия должна была определиться с проектом решения. То есть от депутатов требовалось предложить наказание для главы.

Мы уже писали о том, что наказание в таких случаях зависит от характера и степени тяжести нарушения. Минтруда РФ считает, что нарушения такого рода могут быть значительными, малозначительными и несущественными. За значительный проступок предусмотрено серьёзное наказание: предупреждение о неполном служебном (должностном) соответствии, либо увольнение в связи с утратой доверия. Это в случае, если не представлены сведения о доходах и имуществе вообще или представлены заведомо (обратите внимание на это слово!) недостоверные или неполные сведения.

Судя по всему, комиссия Думы АГО решила признать проступок главы значительным, поскольку речь на заседании шла исключительно о предупреждении и снятии с должности.

Вынести на заседание Думы 25 июня проект, в котором речь шла о предупреждении, предложил депутат П. Вяткин. Однако пять депутатов проголосовали против. Тогда с другим предложением вышел депутат А. Пестовский. В его проекте речь уже шла об увольнении главы. Этот проект прошёл.

Так что 25 июня на Думе разгорится нешуточная битва: кто-то будет пытаться снять главу, кто-то — не допустить этого. Чем дело кончится, сказать сложно. В депутатском корпусе есть сторонники главы, есть его оппоненты — и тут, и там присутствуют здравомыслящие люди.

Напомним, что предыдущее дело о декларациях закончилось ничем: проштрафившихся депутатов Арсёнова и Культикова коллеги никак не наказали. В. Арсёнов не отразил в декларации сведения об имеющейся доле участия в обществе с ограниченной ответственностью «Агрострой-1» в размере 100%. А депутат Д. Культиков не указал, что у его супруги есть доля в ООО «Ника-авто» в размере 50%.

Эти нарушения, видимо, депутаты признали несущественными. Выслушав товарищей по Думе, они оставили их в своих рядах.

Но депутаты — это депутаты, а к главе, видимо, другое отношение. На комиссию, состоявшуюся 11 июня, А. Самочёрнова даже не пригласили. А вообще-то главу стоило бы послушать. Потому что Минтруда России в том же письме от 21.03.2016 года предлагает при определении взыскания учитывать обстоятельства, при которых совершено нарушение.

«ВБ!» решила исправить ошибку и расспросить наконец главу АГО о том, что у него не так с новым домом и почему он рискнул не внести его в декларацию.

Андрей Самочёрнов: «Хочу поставить точку в этом вопросе»

Андрей Самочёрнов

— Что не так с вашим домом, почему он не попал в декларацию?

— В жалобе на меня написали, что я скрыл дом, указал другой — маленький. Тут дело в том, что, когда мы заполняем декларацию, берём всю информацию из первоисточника, через налоговый кабинет. Заходишь в него, там написано, какое у тебя имущество. Маленький действительно ещё не был списан, и соответственно я платил за него налоги.

А новый дом я строю с 2012 года — вместо старого, на том же земельном участке. До 2021 года у меня было разрешение на строительство этого дома. И он ещё не был введён в эксплуатацию, потому что стройка продолжалась и продолжается сейчас. В декларации надо было указать адрес дома (адрес не был присвоен, раз дом не введён в эксплуатацию), указать квадратные метры, которые отражены в документе. Если бы я это указал, у меня тоже были бы нарушения, потому что нет ни того, ни другого. Патовая ситуация — в законе про такие недостроенные дома ничего не написано.

— Что решила та инстанция, куда была направлена жалоба?

— Когда появилась жалоба, меня проверил департамент по коррупции. Проверяющие сказали, что это неполные сведения. И письмо такого содержания было отправлено на Думу, чтобы она рассмотрела этот вопрос. Когда мы консультировались с департаментом, они сказали, что это несущественный проступок. Они сказали: самое главное, что ты строишь свой дом на зарплату и на заёмные средства (чтобы стройка продолжалась, я беру кредиты в банке).

Такого решения департамента, чтобы отправить в отставку, не было.

— Так что ж вы депутатам об этом не рассказали?

— Когда была первая комиссия, я депутатам всё это рассказал. В том числе и о том, что есть разъяснения министерства труда от 2016 года, за какие нарушения у нас отправляют в отставку, снимают с работы, за что можно объявить просто замечание. Моё нарушение в соответствии с этими разъяснениями можно принять к сведению или объявить мне замечание.

Но я же понимаю, что это больше политический вопрос — часть депутатов уже три года решает вопрос о моём снятии. Это, возможно, последний шанс.

Я готов был снова рассказать всё депутатам, ответить на их вопросы, но на последнюю комиссию меня не пригласили. Сейчас этот вопрос будет рассматриваться на Думе.

— А вы хотите, чтобы этот вопрос рассмотрели наконец?

— Конечно, хотелось бы, чтобы наконец приняли решение, чтобы поставить точку в этом вопросе. Тяжело постоянно находиться под этим давлением, отвечать на абсурдные анонимные жалобы. То я состою в группе ОПГ, вернее её возглавляю — недавно рассматривали такой сигнал. То вдруг моя канализация попадает в ключик. Где ключик, а где моя канализация… Ключик с другой стороны, на высоте — ну как можно такое придумать? А ведь это всё проверяется, по всем фактам я даю объяснения.

Может, хватит уже? За эти три года столько на меня грязи вылили. Формируется общественное мнение, на Думе мне все смертные грехи пытаются приписать. Я терпеливый, здоровье пока не подводит, но это же влияет на мою семью, на моих детей, мешает работе.

И это притом, что мне нравится работать. Сейчас уже всё настроено. В городе много делается, люди это видят, но только почему-то часть депутатов не обращает на это внимания. Ничего хорошего не видят.

— Но, возможно, депутаты считают, что, так жёстко критикуя, они стоят на страже интересов жителей АГО?

— Раньше я постоянно слышал: главы виноваты в том, в другом. Когда я сам пришёл и стал главой, осмыслил всё это. Проводят-то все эти протестные акции одни и те же люди. Сколько до меня было глав — недовольны ими были одни и те же.

Огорчает, что они, принимая решения, говорят: нас выбрал народ. Но на самом-то деле они мнение народа не учитывают. У них свои интересы — кто-то занимается из них лесом, кто-то квартиры продаёт…

Говорить о том, что «глава нас не собирает, с нами не общается», не имеет смысла. Мы сейчас с каждым депутатом, который ко мне обращается, прямо на место выезжаем, чтобы быстрее решить вопрос.

— Что будете делать при самом плохом для вас раскладе?

— Если вопрос с отставкой пройдёт, у меня останется право обратиться в суд. Но хотелось бы до этого не доводить. Сейчас начинается время формирования бюджета на следующий год. Надо будет ехать на согласительные комиссии, разговаривать с министерствами — и вот эти деньги, которые мы каждый год доказываем, в этой ситуации никто Артёмовскому не даст однозначно. Там тоже устали от нашей ситуации.

Но, думаю, что до отставки не дойдёт. Тяжесть незначительная, всё было сделано непреднамеренно, никто ничего не скрывал — с 2012 года идёт стройка, её все видят, есть разрешительные документы.

О том, что происходит, я сегодня доложил губернатору.

— Что с домом будете делать?

— Дом я строил, строю и ещё буду строить. У меня 89% незавершёнки, но я поставил дом на учёт, списал маленький домик, участок размежевал. Сделал именно то, что мне сказали в департаменте.