Архив
23 декабря 2009 в 12:01

От «Радости» до печали. И обратно

«Радость» - это хореографический ансамбль в ДМШ №1, а печаль – она нынче у всех по поводу предстоящего бюджета.

У городской музыкальной школы нынче в августе была юбилейная дата: в далёком 1954 году решением горисполкома №158 было открыто это новое, совершенно необычное тогда учебное заведение. Потому что взималась там плата за обучение. Нынешний директор Валерий Геннадьевич Рукомойкин вспоминает: когда он десятилетним, через пять лет после открытия поступил в «музыкалку», родители, зарабатывая вместе 200 рублей, платили за его обучение 23 рубля. Больше 10% семейного бюджета! Разумеется, и спрос за это с сына был соответствующий, и его собственная ответственность.

— Сегодня мы и плату за обучение не взыскиваем с родителей, кроме добровольных пожертвований, и бюджету в тягость, — говорит В.Г. Рукомойкин, – а в те три миллиона, что нам выделяются, входит всё – от оплаты «коммуналки» до зарплаты педагогов. В итоге – не сходится в разы! Учебные планы и государственные стандарты (у нас 80% преподавателей с высшей категорией!) – это, как говорят в городе Одессе, две большие разницы. Достаточно назвать ремонт и закупку новых музыкальных инструментов, поездки на конкурсы.

Да, так могут работать (в смысле – в таких условиях), наверное, только российские учителя. Зарплату урезают, но при этом призывают: надо, кто, кроме вас – и они работают; падает на голову штукатурка с потолков, рвутся проржавевшие батареи отопления, но они ответственней многих родителей и потому выполняют свой долг. Следующий год в стране торжественно провозглашается годом Учителя, но вспомнят ли о самих людях в течение этого времени? А ведь педагоги и в перечисленных выше условиях духом не падают, работают в прежнем режиме.

Реклама

В качестве результатов своей работы в ДМШ №1 называют даже не число дипломов, полученных на конкурсах, а наполненность зрителями зала во время филармонических концертов. Довольно часто бывая в зале клуба «Энергетик», я всякий раз отмечаю поведение юной публики, где абсолютное большинство составляют учащиеся «музыкалки». Хочу сказать этим, что учёба там даёт возможность получить не только второе (пусть оно и называется дополнительным) образование, но несёт, безусловно, и воспитательную функцию: дисциплинирует, расширяет художественный кругозор, совершенствует музыкальный слух и вкус.

— Мы ведь не клуб по интересам, — говорит Валерий Геннадьевич, — что детям только досуг, занятость организуем. Хотя и это – тоже хорошо. Мы многим будущее готовим. Вот учится у нас Андрей Редькин – и танцор талантливый, и футболист. И в спорте, и на сцене может карьеру сделать. А выбрал всё же хореографию! Или Сашка Мельчугов. Он даже если и в армию попадёт, так сразу дорога ему – в окружной ансамбль песни и пляски. И обоих их из класса не выгонишь – так парням нравится! И такие у нас есть на каждом отделении.

И правда. Кажется, с такими-то талантами предприимчивым людям можно такой чёс устроить по городам и весям, что на всё содержание музыкальной школы хватит. Но в том-то всё и дело, что школа – не инструмент для зарабатывания денег. И этот статус никто не возьмётся нарушить. Здесь сегодня все равны. На обучение каждого ребёнка, будь он из богатой семьи или круглый сирота, выделяется из бюджета 4860 рублей. И это свято, можно сказать так.

И ещё здесь сохраняются сегодня традиции народного творчества. Можно сказать, в противовес той, с позволения сказать, музыке, что заполнила до краёв наши телеэкраны.

— Народное искусство – наша основа и наш принцип, — высказывает своё кредо директор ДМШ №1. – Наши на дискотеках, конечно, тоже под попсу прыгают, но сами они никогда никакие муси-пуси петь не будут! Мух от котлет они отличать умеют очень хорошо.

Мы не сомневаемся, что музыкальная школа выживет. Даже не благодаря официальным заботам городских руководителей о бюджете, а вопреки им. Жизнь, она всегда сильнее инструкций.

Анатолий Корелин